Благо, в гости ко мне сегодня никто не спешит, а это значит, уборку оставим на потом. Ну, скажем, хотя бы на завтра.
«Чувствую, я когда-нибудь пожалею о подобном откладывании дел», - я усмехнулся.
Ещё бы. Если ко мне вдруг решит зайти тот же Явор, выйдет довольно-таки неловкая ситуация.
Всё, что я делал дальше, можно описать всего несколькими словами – типичная жизнь холостяка. Взявшись одновременно за несколько дел сразу, я создал ещё больше хаоса, чем было до этого, хотя мне казалось, что хуже быть просто-напросто не может. Пока набиралась ванна, я решил пожарить яичницу, одновременно с тем чистя зубы. Не кстати зазвонил телефон, и мне пришлось ответить на звонок, отойдя от плиты. Друзья решили, что без их напоминания я напрочь забуду о рождении сына Беломора и тому подобное. Зная мою пунктуальность, они попросили прийти в большой паб без опозданий.
Результат подобной рассеянности был предсказуем и неудивителен: яичница превратилась в сгоревшее нечто чёрного цвета; вода в ванной, уже минуты три как, лилась через край, устраивая аквапарк в домашних условиях, а зубная щётка пропала без вести. Мигом выключив газ, я, закашлявшись от невыносимого запаха, решил приоткрыть окно. В последнее время со мной часто происходили странные вещи, поэтому, когда ручка от окна осталась в руках, я понял, что слегка перемудрил с силой. Теперь я уже всерьёз подумывал лечь обратно спать и никуда не ходить – сегодня был явно не мой день, и если он так начинается, то... Но дружеский долг заставил перебороть себя и начать заниматься чем-то полезным.
Взяв себя в руки, я двадцать минут вычерпывал воду с пола, предварительно открыв пробку в ванной.
«Ну хоть соседей не затопил, и то радует», - подумал я, моментально пожалев о своих мыслях.
Казалось, что кто-то прочитал мои мысли, потому что в ту же секунду раздался противный звонок в дверь. Дзынь-дзылынь! Ладно бы просто звонок, но он также сопровождался глухими ударами и громкой бранью. Мне не повезло отчётливо слышать каждое слово незваного гостя.
Снизу жил пожилой, но довольно бойкий дед, на вид так под шестьдесят пять. Все во дворе звали его Никитичем, но о его имени я мог только догадываться. Как он любил опрокинуть несколько сотен горькой и петь песни под подъездом! Но сейчас, насколько знаю, он в завязке.
- Лавров, мать твою через колено, я тебе сейчас дверь нахрен высажу… - Кипятился сосед. - Внуки сделали ремонт, а ты уж удружил. Открывай! Или я за ломом пойду.
Посмотрев на себя, я понял, что сейчас имел довольно-таки непрезентабельный вид: мои трико были закатаны по колено, сам я обул резиновые тапки. Немного подумав, я поплыл в сторону входной двери и посмотрел в глазок… Никого.
«Ну точно за ломом ушёл».
Я открыл дверь.
- Никитич, слышишь меня?
- Конечно, оборванец эдакий, - морщинистое лицо показалось с лестничного пролёта. – Маслай сюда, потоп твой через колено.
У Никитича были больные суставы в коленях, и потому эта тема его почти всегда цепляла. Похоже, именно из-за надоедливой болячки он всегда употреблял именно такие выражения
Я, прикрыв дверь, спустился на нижний этаж. Не успел я дотронуться до ручки двери в квартиру Никитича, как цепкая рука старика схватила меня за ухо и поволокла прямо внутрь.
- Смотри, чёрт тебя через колено, что натворил, пакостник! Куда девать этот бульбаш?
Я посмотрел и вздохнул с облегчением. У Никитича, оказалось, натянуты подвесные потолки, и вода собралась в очень крепкую плёнку, образуя шар, сантиметров тридцать в диаметре. Усмехнувшись, я поспешил его успокоить.
- Никитич, отпустили ухо больно… - Его пальцы разжались. - Тебе хорошие потолки сделали. Я сделаю один звонок, и твоя проблема будет решена.
- Как так-то?
- В бульбаш вода собралась, специалисты её откачают, а я оплачу.
Никитич тут же расплылся в улыбке, но, несмотря на это, умудрялся оставаться серьёзным. На крики старика вышло несколько соседей, от которых он тотчас отмахнулся. Те же, узнав, что ничего страшного не произошло, разошлись обратно по своим лачугам.