Я вкратце рассказал ей про Игоря, его видео, а также, что сделал с Мельником. Я думал, что она поймет меня, но Лера отнеслась к этому категорично. Я виде, как на её лице менялись эмоции: недоверие и осуждение, понимание. Она даже попыталась слегка улыбнуться, чтобы приободрить меня, но это у неё плохо получилось, а по щекам каскадом потекли предательские слёзы.
Мы оказались заложниками ситуации, поддавшись шантажу людей, имевших виды на наши жизни. Я был мужчиной, поэтому мог легче перенести сложившиеся проблемы, хоть мне и пришлось совершить ужасный поступок. И я должен был вести себя спокойно хотя бы при ней, но Валерия была напугана. Мне стало очень жаль её, стало стыдно, что из-за любви ко мне она попала под прицел. В этот момент я задумался над фразой, которую слышал когда-то: любовь – самая коварная из слабостей человека. Но я должен был стать её опорой, превратить эту слабость в силу, поэтому я постарался вселить в неё надежду на лучшие времена, соврав, что очень скоро всё закончится, и мы снова будем вместе, как прежде.
Но не успел я и договорить всего, что хотел, как связь прервалась. Мне казалось, что я всё ещё вижу её лицо в мониторе. Никогда не думал, что мне будет так не хватать кого-либо в своей жизни. Я очень сильно люблю её и поэтому выполню любой по сложности контракт, лишь бы вернуть её себе. Ради её глаз можно было убить любого.
«Если ты нашёл такого человека, нужно делать всё, чтобы он был счастлив», - подумал я, вспоминая её смех.
Тишину прервало оповещение моего телефона о том, что пришло смс. Открыв его, я увидел, что пришёл денежный перевод на довольно внушительную сумму. Что ж, теперь можно менять род деятельности. Набрав номер своего руководителя, я поговорил с ним несколько минут. С этих пор я перестал работать на свою компанию, но то, что мне предстоит, требовало полной отдачи.
Глава 8
На улице стоял жаркий июньский день. Совсем скоро наступить июль, и многие люди отправятся в долгожданный отпуск, но пока что двери института были открыты как для преподавателей, так и для студентов, сдающих сессию. Скоро, совсем скоро тяжёлый труд преподавателей во время учебного года и экзаменов будет вознаграждён. Все считали эти последние дни, после которых двери обители знаний захлопнутся на несколько месяцев. Их откроют только первого сентября, и тогда всё начнётся заново: преподаватели и студенты явятся со свежими силами дарить и грызть гранит науки.
В одной из аудиторий последний экзамен принимал кандидат исторических наук Михаил Фёдорович. Его возраст слегка перешагнул за шестьдесят. Об этом свидетельствовали седые волосы и морщины на лице. Он охотно принимал ответы студентов, ставил хорошие оценки и числился одним из лучших преподавателей института. Его мягкий характер ценили все, и за спиной дали ему кличку «Добряк» - так его между собой называли ученики и даже некоторые преподаватели. Все его лекции были как праздник для тех, кто находился в аудитории. Так легко подавать сложный материал не мог никто, кроме него. Михаил Фёдорович мог найти подход абсолютно к любому студенту, а его словарный запас был настолько обширным, что самые трудные слова исторической науки были поняты абсолютно каждым.
До конца экзамена оставалось не так много времени, однако студенты видели, что сегодня их любимый преподаватель не был так внимателен, как обычно. Они не видели его мягкого взгляда, не было той спокойной беседы, к которой все привыкли – это был очередной пресный экзамен с зауряднейшим преподавателем истории. Все гадали, что же могло случиться со столь светлым человеком.
А огорчало Михаила Фёдоровича то, что пропал Владимир Мельник. Это произошло почти сразу после публикации его книги. Никто не знал, что источником, к которому он прибегал, был этот преподаватель истории, знающий слишком много тайн этого мира. В труде Мельника они раскрыли довольно-таки серьёзные темы, и теории по устройству нашего мира были отнюдь не беспочвенными.
Михаил Фёдорович вспоминал о том, как много лет назад участвовал в одной интересной экспедиции, в которой нашёл древние манускрипты, хотя всем говорил, что они достались ему по наследству. «Добряк» хранил тайную рукопись уже много лет, и по ошибке, или из тщеславных побуждений, согласился на написание книги, предоставив некоторые неопровержимые факты про «Кукловодов». Он знал, что книга может принести кучу проблем, но, сглупив, решил помочь писателю. В один прекрасный момент он понял, что если написанное в рукописи правда, то его имя ни в коем случае не должно быть указано в книге. Он испугался, что любопытство слишком далеко завело его, поэтому вся слава написания «мистического романа» досталась Мельнику.