- А также я принес много золота, - Лукреций достал из кармана робы увесистый мешочек и потряс его, а в ответ ему звонко застучали золотые монеты.
- Никакое золото не сделает нас счастливыми, пока ты ходишь убивать людей по чьим-то приказам! Кто они такие, почему ты мне о них никогда не рассказываешь? - Она возмущенно посмотрела на Лукреция, после чего произнесла с мольбой в голосе: - Только это ты скрываешь от меня… Я, например, не имею от тебя секретов, ты всё обо мне знаешь. Я честна и правдива перед тобой. Но ты?
Самара ткнула пальцем в гладиатора, после чего наступила долгая пауза. Она уже была вне себя, и даже брат Лукреция повернулся в их сторону, созерцая начинающуюся перепалку.
- Ты должен ответить мне на все вопросы… Кто они такие? Они держат тебя в страхе? Ты же… - Она подняла руки вверх и посмотрела на потолок, обращаясь к богам. - Великое дитя Рима и любимец богов, который ничего не боится. Тебе никто не указ.
В комнате повисла ещё более длинная тишина, от которой становилось дурно, но её, как ни странно, нарушил брат Лукреция. Он отложил в сторону еду, встал из-за стола и начал подходить к ним, театрально изображая свою речь.
- Никакой он не свободный. Он раб дурацкого кристалла, который по слухам послали в Рим сами боги. Ересь, - Лукреций и Самара повернулись к брату. - Фанатики, идиоты, что чтят послания с солнечных лучей.
На лице гладиатора появилась злость.
- Как ты смеешь так говорить? Чёртов пёс, я однажды доверил тебе тайну, а теперь ты как старая сплетница рассказываешь её всем. Ты знаешь, чем это может закончится? - Злобно молвил Лукреций.
Брат не унимался и стал медленно подходить к ним, строя из себя человека, открывающего истину тем, кто ни во что не верит.
- Вы все сборище тупых идиотов, которых дурачат! Вас всех используют, а вы и не видите. Очень жаль, что ваша шайка проникла во все сферы деятельность, они… - Он обратился к его Самаре, - те, кто чуть ли не указывает, когда должно встать солнце или пойти дождь, а твой муж фанатичный убийца, следующих законам вымышленных богов. Я однажды проследил за одним из вас и поэтому знаю, где находится ваше логово. Однажды мы, простые люди, просто спалим вашу забегаловку и остановим дальнейшие кровопролития, ибо все должны знать правду.
Лукреций отвёл рукой жену за свою спину и, окончательно обозлившись, бросился на родного брата. Правым кулаком он нанёс несильный удар в щёку, но и этого хватило, чтобы тот упал на пол, опрокинув бокал с вином и несколько стульев.
- Заткни свой поганый рот! - Прокричал гладиатор. - А не то…
Он запнулся, пытаясь взять себя в руки и остановить свою дикую агрессию, а его брат не унимался и продолжал толкать свою речь, даже лёжа на полу.
- А не то что? Ты убьёшь меня? На глазах своей дорогой Самары? Тебе дороже какие-то кристаллы и люди, отдающие тебе приказы… Неужели ты пойдешь на братоубийство ради своих богов? Не молчи, ответь же мне, Лукреций. Как тебя, такого великого гладиатора, смогли завербовать фанатичные еретики?
Лукреций молча смотрел на брата, его стойкость была выше всякой похвалы. Он не стал отвечать на вопрос своего родственника, ибо не посчитал это нужным. А вот жена не должна была видеть и слышать этого. Видимо, она начнёт теперь задавать много лишних вопросов. Самара заливалась слезами. К сожалению, торжество и блаженство из дворцового зала не перенеслось в его дом, и он сожалел об этом. Лукреций молча ушёл в другую комнату, снял свою робу и лёг на кровать. Его мучали разные сомнения, но вера в Орден, в котором он состоял, была очень сильна, и никто не сможет переубедить его в обратном. А то, что его близкие узнали об этом, очень осложняло задачу. Он стал винить себя в том, что когда-то по глупости рассказал об этом брату. Лукреций никогда не мог подумать, что тот начнёт трепаться всем подряд об этом, потому что доверял ему.
В комнату грациозно вошла Самара. К его удивлению, на её лице была улыбка.
- Любимый, теперь я знаю правду и мне легче. Я никому ничего не расскажу и не буду спрашивать тебя по этому поводу, это твои дела, в которые я ради тебя лезть не буду. Знай, кем бы ты ни был, я всё равно люблю тебя больше чем кого-либо на этой планете. Боги видят это, и моя любовь к тебе дарит победы.
Она легла рядом с Лукрецием, нежно положив свою руку ему на грудь.