Он дернул ногой. Щиколотка освободилась.
– А-а-а! – снова раздалось снаружи. – Ты чего лягаешься! Я и так на этих кирпичах еле стою.
Над подоконником выросло рассерженное лицо Тимофея.
– Что происходит? ОЖИВЛЯТЕЛЬ нужен?
Увидев, что сестра и друг в порядке, Галкин расплылся в улыбке.
– На кукол вы не похожи, значит, не нужен. А кто на меня упал? Он сам вывалился, или вы его выкинули?
– Сам выскочил, – мрачно заявил Макс, спускаясь обратно в комнату. – Ловкий, гад, как кошка, ни одного горшка не сшиб. Ты его рассмотрел?
– Не успел. Он меня свалил и сразу за кусты метнулся. Странный какой-то. В платье. Спортсменка, наверно. Чемпионка мира по прыжкам на людей… Эй, Лизка, ты что делаешь?
Макс обернулся. Убедившись, что с братом ничего не случилось, Лиза мгновенно успокоилась. Куда больше, чем брат, ее интересовала сейчас лежащая на полу женщина. Склонившись над ней, девочка прижала к ее шее два пальца, потом на цыпочках вернулась к окну.
– Пульс есть, – деловито сообщила она. – Дыхание ровное. По-моему, она в обмороке.
– Старуха лежит на полу в обмороке? – изумился Тимофей. – Что вы с ней сделали?
– Да ничего мы с ней не делали, – рассердился Макс. – Тип, который тебя сбил, чуть ее не задушил. Мы помешали.
– Как у вас тут интересно, – с завистью произнес Тимофей. – Я кирпичи приволок, чтобы узнать: живы вы или уже нет. А вам моя помощь, оказывается, и не нужна. Вы бабку спасаете. Могли бы мне и позвонить.
– Да не успели мы позвонить, – отрезал Макс. – Ты когда в первый раз заорал, мы решили, что душитель напал теперь на тебя. Из комнаты же не видно, что ты у стены под кустом валяешься.
Тимофей засопел.
– А лягался зачем?
– Откуда я знал, что это ты. А ты зачем меня схватил? Попугать решил?
– Кончайте трепаться, – оборвала их Лиза, доставая сотовый. – У нас тут, можно сказать, почти труп. Куда мне звонить сначала? В «скорую» или в полицию?
– Какой труп?! Где труп?! – раздался сзади сиплый голос.
Макс и Лиза оглянулись. Тимофей, пыхтя и извиваясь всем телом, вскарабкался коленями на подоконник.
Старуха сидела на полу, опираясь сзади на руки, и вид у нее был абсолютно здоровый и даже воинственный. Она с подозрением осмотрела подростков, помолчала немного, будто что-то соображая, а потом открыла рот и закричала.
– Грабят! Убивают! Помогите! – вопила она, тряся головой. – Стыд потеряли! Теперь и в окна лезут! Бандиты! Милиция! Милиция!
Макс растерялся. Тимофей, с которого старуха не спускала глаз, начал медленно сползать обратно на улицу. Ему до жасминового куста ближе, чем нам, позавидовал Макс.
Положение спасла Лиза.
– Мы не грабители, бабушка, – затараторила она, опустившись на пол рядом с женщиной. – У вас входная дверь была открыта, мы и зашли водички попросить. Жарко, очень пить захотелось. А вы тут в обмороке. Мы подумали, вам помощь нужна.
Старуха медленно обвела девочку взглядом.
– Хорошенькая, – вздохнула она, ткнув в ее сторону пальцем, – Мне нравишься. Только великовата. А твоя физиономия мне почему-то знакома, – она вновь повернулась к Тимофею. – Какой-то ты подозрительный. Это ты зачем на окно залез?
– Давайте мы поможем вам встать, – быстро произнес Макс, решив, что бабку нужно от друзей отвлечь. – Вы как себя чувствуете?
– Как я могу себя чувствовать, когда меня каждый день грабят и убивают! – возмутилась старуха. – Убивают и грабят! Ничего не осталось, ничего. Сегодня зачем-то последнее унес. И других еще подослал. Рожи разбойничьи, и все чего-то хотят, хотят…
С помощью Макса и Лизы женщина поднялась на ноги. Тимофей, видимо, сообразив, что пока им ничто не угрожает и что удирать вообще-то стрёмно, слез в спальню, но на всякий случай держался у старухи за спиной, старательно избегая ее взоров. Но она уже не обращала на него внимания. Кряхтя и поправляя встрепанную прическу, жертва душителя расхаживала по комнате. Макс наблюдал за ней и думал, что она совсем не похожа на ту сгорбленную бабку с клюкой, какую описывал Галкин. Может, в этом доме живут две бабки-близняшки? Только одна сильно напоминает Шапокляк из мультика, а вторая – вот эта, в розовой блузке с развязанным бантом и светлых полосатых брюках – вполне симпатичная современная старушка. Лица у них одинаковые, Тимофей и спутал одну с другой.
Высокая, прямая как жердь, женщина смотрелась, конечно, странно, но совершенно безобидно. Опасности от нее исходило не больше, чем от одуванчика. Макс уже сомневался, что она вообще способна кому-нибудь навредить. Лиза, глядя на «одуванчика», тоже расслабилась. И лишь Тимофей сохранял прежнюю настороженность. Он зорко следил за старухой и, кажется, был готов прыгнуть на нее сразу же, как только она сунет руку в карман.