— Почему они все такие тощие? — спрашивает Бомгю, внимательно присматриваясь к своей пассии на этот вечер. Не то, чтобы худоба мужчине не нравилась, но здесь она прослеживается слишком заметно.
— Я люблю худобу. — говорит Ааррон, подкачивая рукава ближе к локтю. Затем ухмыляется. — Так легче их ломать.
— Чтож, тогда... — Бомгю вновь внимательно проследил за каждой девушкой, пока не остановил свой пронзительный взгляд черных очей на одной из них. Та была не слишком худой, видимо новенькая. Рыжие, немного приглаженные, кудри прикрывали оголившиеся плечо, что было в звездных россыпях веснушек. — Давай эту. Она весьма очаровательна.
— Даю добро. Но предупреждаю: Ангел слишком глупая и не может поддержать разговор на должном уровне.
— Ааррон, я её не о высшем искусстве буду расспрашивать в своей постели.
— Тогда можешь даже забирать. Она мне не нужна.
— Ты слишком сегодня уж щедрый. — ухмыльнулся Бомгю, наблюдая за тем, как мужчина натягивает на себя пиджак.
— Пользуйся, пока не потребовал плату.
— С дичайшим удовольствием.
Tres
Ковент-Гарден, не смотря на позднее время суток, будто был освящен самим ярким солнцем. Много народу, включая папарацци, собралось у входа дабы посмотреть на самых известных сливок общества. Сегодня грандиозная премьера. Прожектора и вспышки камер ловили каждого, кто осмелился пройтись от тонированного лимузина и по красной дорожке из чистого бархата.
— Смотрите! Это же Ааррон Колдбэрри! — все фотографы вмиг повернулись к новоприбывшему мужчине, беспрерывно щелкая своими камерами.
Сказать, что Ааррона эта суматоха раздражала — ничего не сказать. Его никогда не интересовало высшее искусство, никогда не привлекали никакие культурные достояния. Не до этого было в трущобах. Однако, он здраво понимал, что нужно ходить на такие мероприятия. Поддерживать свой статус и медийное лицо тоже весьма очень важно в нынешнее время. А ещё, именно здесь можно было завести полезные знакомства, спонсора или даже постоянного клиента. Мало кто знает, а точнее всего почти никто, но здешние "знаменитости" — те ещё любители поразвлечься.
Немного расстегнутая сверху рубашка на пару пуговиц производила самый настоящий фурор. Этим стервятникам только дай увидеть лишний миллиметр своего тела, в мечтах грезить будут к нему присосаться. Особенно, когда ты пришел без сопровождаемого лица, то есть пассии на прекрасный вечер. И, кажись, парочка чужих обернулись в сторону Ааррона, заприметив себе партию получше и солидней, однако они не шибко его интересовали. У одной зуб передний был кривоват, у второй были бедра полные, у третьей вовсе морда крысиная. Ох, как сложно угодить ему, хладнокровному Колдбэрри.
Внутри самого Ковент-Гарден, как и снаружи, все сияло. Много шума и гама производили дорогие гости. Аккуратно подцепив стакан с виски и льдом у через чур быстрого официанта, которому ещё нужно обслужить пол зала, Ааррон нахмурился. Нет ничего того, что могло привлечь его внимание или заинтересовало. Он с радостью бы провел этот вечер с одной девушкой из своей коллекции, расслабленно выпил бы лучший алкоголь и яро затянулся бы крепкой сигарой, отдаваясь в объятья тревожному сну. Но не сегодня. Сегодня нужно терпеть лживые улыбки, напыщенные манеры и безвкусную роскошь. Бал маскарад.
На другом конце зала Ааррон заприметил Бомгю, что удачливо зажал девушку из его собственности у одной из колон. Он, видимо, что-то ласково бормотал ей на ухо, пока рука его уверенно тянулась вниз, к подолу слишком короткой юбки. Ааррон вновь утвердился в том, что Ангел — девушка весьма недалекая. Только бы последняя отбитая на голову додумалась бы одеться на светское мероприятие в столь распущенном стиле. Мысленно, Ааррон настраивает себя на важный, изощренный разными видами наказаний, разговор.
— Мистер Колдбэрри, не подобает столь роскошному мужчине одному стоять в стороне. Чего вы пришли одни, разрешите поинтересоваться?
Ааррон даже не заметил, как к нему подошла Энн Уолтер — весьма роскошная и недурна на внешность и ум светская дама. В своём распоряжении она имеет сотни модельных домов, ещё также с сотню самых известных дизайнеров. Только вот модели эти — самые настоящие проститутки при самых дорогостоящих борделях не только Америки, Англии и Европы, но и средней Азии. Мисс Уолтер весьма опасна для Ааррона. Он сам это понял, когда встретился с ней в первый раз. Тогда он кое-как смог сохранить свое лицо перед опасным и до чего же колким взором карих очей. К слову сказать, ещё тогда и понял, что мистеру Уолтеру — прошлому владельцу "модельных домов", недолго оставалось. Аарону пришлось немедленно прекратить брать девчонок оттуда, ведь знает, что весь персонал— это уши, нос и рот как раз нынешней уже миссис Энн.