— Я так по тебе скучала, моя милая. Так скучала...
— Всё хорошо, Меме. Не плачь. Я здесь. Я тоже по тебе скучала...
— Дейви смотрит на тебя с с небес, Лили. Мой мальчик улыбается во весь рот и обнимает тебя своими большими сильными руками. Обнимает вас обеих.
Эбби не верила во всю эту чушь про высшие силы и Бога. Но сейчас ей захотелось, чтобы Меме оказалась права. Может, отец действительно парит где-то там в облаках и видит их воссоединение.
Лили наконец повернулась и её взгляд упал на Уэса, который всё ещё торчал в дверях. Лили откинула с глаз длинные светлые волосы и шагнула к нему. В этот миг Эбби поняла: Лили не забыла Уэса. Её чувства к нему — как и вся её жизнь — застыли во времени.
— Уэс, не верю, что это ты! Что ты здесь. Я... я думала, никогда больше тебя не увижу.
Эбби захлестнула волна горечи при виде того, как Уэс идёт обнимать Лили. Та чуть заметно вздрогнула. Может, никто кроме неё этого и не увидел, но Эбби тут же начала гадать, не ждет ли Лили удара по голове или в живот, как это делал Рик.
Однако, Лили, видимо, не сомневалась, что Уэс никогда не причинит ей вреда и позволила обнять себя. Эбби видела, как идеально они подходят друг другу. Не могла не задуматься: заметил ли Уэс, какая Лили стройная и красивая, несмотря на все пережитые ужасы.
Эбби опустилась на диван. Почему она не подумала об этом моменте раньше, когда умоляла Уэса поцеловать её? Когда вновь и вновь занималась с ним сексом? Почему недостаточно верила в силу воли Лили? Она всем говорила, что сестра не умерла, а сама отняла у неё любимого человека.
Уэс наконец отстранился. Нервно прокашлялся.
— Лили, нам нужно тебе кое-что сказать.
Лили отступила на шаг. Никто не шелохнулся. Эбби вскочила с дивана, глядя на маму.
Пожалуйста, заставь его замолчать , — мысленно умоляла она.
К счастью, мама шагнула вперёд.
— Уэс, сейчас не время.
— Эбби, мы не можем так поступать. Лили нужна правда.
Эбби хотелось его убить. Она не верила, что он действительно вытворяет такое.
— Уэс, пожалуйста. Поговорим позже. Когда всё уляжется.
Лили переводила взгляд с Уэса на Эбби и обратно.
— О чём поговорить? Эбби, что происходит?
Эбби открыла рот и снова закрыла. Слов не нашлось. Уэс потянулся к её руке.
— Мы встречаемся, Лили. Эбби и я... мы вместе...
Эбби вырвала руку.
— Он врёт. Мы не встречаемся. Это раньше...
Гнев Уэса разгорелся настолько, что он даже ненадолго забыл про Лили.
— Господи, Эбби, мы ждём ребёнка, чёрт возьми! Что значит мы не вместе?
Эбби смотрела на Лили, как меняются эмоции на её лице: боль, недоверие, а потом печальное смирение.
— Лил, я могу объяснить. Я...
Лили отступила, посмотрела на раздутый живот Эбби, потом на лицо Уэса — и снова на живот, будто собирала пазл.
Эбби заплакала.
— Пожалуйста, Лили, ты должна понять...
С каменным лицом Лили подошла к дивану и взяла Скай на руки.
— Не важно. Правда, мне все равно, — сказала она.
Эбби хотела рассказать Лили как всё было, но Лили повернулась спиной к ней с Уэсом и обратилась к остальным.
— Мне нехорошо, да и Скай вымоталась. Нам обеим нужно отдохнуть.
Она направилась к лестнице.
— Скажи, что ты меня не ненавидишь, Лили. Пожалуйста. Мне нужно знать, что ты меня не возненавидела, — прошептала Эбби, когда Лили проходила мимо.
Но Лили не проронила ни слова, просто зашагала вверх по ступенькам.
Эбби слышала, как бабушка с дедушкой и мама шепчутся, обсуждая случившееся, но не вслушивалась в их беседу. Она смотрела на Уэса.
.— Эбби, прости, я зашёл только для того, чтобы проверить как ты себя чувствуешь, не хотел устраивать скандал. Но теперь Лили знает правду и мы все можем двигаться дальше. Она поймёт. Мы заставим её понять.
Она позволила Уэсу обнять себя, почувствовать её тепло, вдохнуть запах. Крепко обняла в ответ, прижавшись всем телом — ребёнок, его ребёнок, оказался прижат к его животу. Она хотела, чтобы он почувствовал себя сильным и могучим — тем крутым мужиком, которым он себя считал.
Затем наклонилась так, чтобы её слова услышал только он.
— Я никогда тебя не прощу. Если ещё раз приблизишься к Лили или ко мне — в жизни не увидишь своего ребёнка. Слышишь, Уэс? Пошел ты на хер.
РИК
— Эй, Хэнсон, дерьма ты кусок, к тебе посетитель.
Рик приподнялся на койке, с презрением оглядев охранника средних лет, с туповатым лицом. Рик знал этого охранника. Фред, кажется. Он преподавал двум ничем не примечательным сыновьям Фреда — парням размером с холодильники, которые считали себя крутыми, потому что могли валить таких же пустоголовых пацанов на футбольном поле. Рик встречался с Фредом на родительских собраниях и уже тогда понял, что он идиот. Строил из себя знатока литературы, хотя, наверное, ни разу даже книгу не открывал.
Сегодня в глазах мужчины читалась ненависть. Рика это не волновало. Таких, как Фред, полно — людей, боящиеся рисковать. Они подавляют свои низменные желания, довольствуются обыденной, серой жизнью. Одни рождены следовать правилам, другие — исключения, те, кто плюёт на общественную мораль и берёт то, что хочет. Рик знал: обвинения Лили сделают его изгоем в глазах многих, но у него обязательно найдутся и сторонники. У всех непонятых гениев они есть. Фред его не интересовал.
Внимание Рика было приковано к охраннице — стажёрке, как он понял, — которая надевала на него наручники и кандалы на ноги. Это была свиноподобная баба с огромным лбом, слабым подбородком и приземистым телом, толщину которого только подчёркивал её полиэстеровый мундир. Длинные обесцвеченные волосы торчали в разные стороны, ей явно нужна была нормальная укладка у парикмахера. Она была тех женщин, с которыми мужчина занимается сексом только если пьян вхламину. Рик ещё не знал её имени. Но она, по сути, спасла ему жизнь. Если бы она тогда не остановила избиение, не предупредила тех двоих, что они рискуют лишиться работы, то Рик оказался бы в реанимации или вообще в могиле. Он надеялся когда-нибудь остаться с ней наедине и поблагодарить, но сейчас его мысли были заняты первым посетителем — женой Мисси. Пока Фред и эта жирнозадая бабень вели его по коридорам в комнату для свиданий, Рик гадал, как всё пройдёт.
Поиск жены всегда было для него приоритетом номер один. Его аппетиты, его сексуальные желания не помещались в рамки нормы. В старшей школе он перетрахал кучу девчонок и ни одна и на четверть не удовлетворила его потребности. Он был достаточно умён, чтобы понимать: нужно быть осторожным. Если он собирается утолить свою жажду — а он точно собирался, — то должен организовать жизнь так, чтобы это стало возможно. Брак важен. Женатому мужчине доверяют. Его считают надежным. Обручальное кольцо само по себе — символ ответственности и преданности. Идеальная маскировка. После короткой службы в армии он поступил в колледж, оплачивая учёбу по программе "GI Bill". В кампусе он отымел немало пустоголовых студенток, но на последнем курсе понял: пора бы распланировать будущее. У него был конкретный список требований к потенциальной невесте. Она должна быть привлекательной, но не настолько, чтобы заинтересовать других мужчин. Достаточно сексуальной для нормальной, активной половой жизни. Более-менее разумной, начитанной, но с плохой интуицией и не ревнивой по натуре. С традиционными взглядами на брак и семью, набожной.
Ему повезло: даже в наше время в крупных государственных университетах хватает девушек с такими качествами. Он думал, поиск жены будет сложным. Взял факультатив — курс по психологии и поведению человека, рассчитывая на легкую пятерку. Зашёл в аудиторию и там ему попалась на глаза Мисси. Пристойно и аккуратно одетая, сразу видно, что из приличной семьи. Но больше всего, его зацепила её щенячья восторженность. Мисси всегда сидела в первом ряду, засыпала профессора примитивными вопросами или путалась в своих же аргументах, когда её вызывали отвечать. Явно пересмотрела «Мыслить как преступник» и «Закон и порядок», рвалась доказать всем свою интеллектуальность. Её наивность и отсутствие настоящего интеллекта идеально подходили под его запросы.