Не приходилось сомневаться в том, что Лили тоже готова на всё ради сестры. Она любила Эбби настолько, что оставила свою дочь и села в машину Уэса, чтобы поехать в полицейский участок вместе с ним. Она доверила Скай маме. Ей было тяжело расставаться с дочкой, но что поделать. Нужно было лично убедиться, что с Эбби всё в порядке.
Кроме того, она надеялась, что нынешние жертвы смягчат удар для Эбби, когда они с Уэсом снова сойдутся.
Но они ехали уже больше десяти минут, а Уэс ни разу даже не взглянул в её сторону. Казалось, будто её вообще нет в машине.
Посмотри на меня , — хотелось закричать Лили. — Это меня ты хочешь. Меня!
Она была красивее Эбби, стройнее… Лили очень рассчитывала, что новая причёска и новая одежда превратят её в роковую красотку — такую женщину, на которую мужчины обращают внимание, такую, какую должен хотеть Уэс. Но он никак не прокомментировал перемены в её образе.
Лили понимала, что поступает нечестно. Нужно было раньше сказать Эбби, что она всё ещё испытывает чувства к Уэсу. Времени для такого разговора хватало. Но она ведь не делала ничего плохого. Уэс был её первой любовью. Эбби должна это понять. А когда они с Уэсом снова будут вместе и Эбби увидит, как они счастливы, то обязательно простит Лили. Как может не простить?
Уэс нервно постукивал пальцами по рулю, поглядывая на пачку сигарет в подстаканнике.
— Если хочешь курить — кури, дым мне не помешает, — сказала Лили.
— Правда? Эбби это бесит. Даже если я выкуриваю одну-две сигареты, она ведёт себя так, будто наступил конец света.
— Кури сколько угодно, — ответила Лили и мысленно пообещала себе, что когда они будут вместе, она не станет устанавливать правила. Они оба будут вольны делать то, что хотят. Она будет идеальной девушкой.
Уэс коротко улыбнулся, взял пачку Мальборо, быстро прикурил и сделал глубокую затяжку. Выпустив дым, он покачал головой:
— Она постоянно так поступает. Сперва делает, а потом уже думает. Чертовски безрассудная.
— Она сделала это из-за меня.
Уэс решительно мотнул головой.
— Она постоянно творит подобную дичь.
Он протянул руку и взял Лили за руку, сжав её. От этого нежного прикосновения Лили мгновенно перенеслась обратно в то время, когда она была невинной девчонкой, которая сидела в машине рядом с любимым парнем.
Когда Уэс вновь положил руку на руль, Лили ощутила глубокую, болезненную пустоту.
— Эбби такая эмоциональная, такая упрямая. Она меня с ума сведет.
Лили с трудом сдержала вспышку раздражения — он снова говорил об Эбби. Она осторожно коснулась его руки.
— С ней всё будет хорошо, — тихо произнесла она.
Ей нужно было напомнить ему, что он чувствовал, когда они были вместе. Он должен был вспомнить.
Уэс улыбнулся, и на этот раз не убрал руку. Лили поняла: у него остались чувства к ней. Она знала, что это крошечный шажок вперед, но она была готова продвигаться медленно, постепенно возвращая то, что принадлежало ей. Пока что хватит и этого.
Она любила Эбби. Она была готова на всё ради сестры.
Но что касалось Уэса… это особый случай.
ЭББИ
Эбби затаила дыхание, пытаясь сохранять спокойствие. Она меряла шагами камеру в участке.
Как она могла быть такой идиоткой? Это последнее, что сейчас нужно Лили. Последнее, что нужно им всем.
Почти пять лет она избегала проблем с законом и вот пожалуйста. Тот же металлический запах мочи, те же крики и безнадёжность, бесконечный конвейер из поехавших преступников и перегруженных работой полицейских.
В подростковом возрасте Эбби делала всё возможное, чтобы наказать мать, наказать весь мир за исчезновение Лили. Она до сих пор помнила разочарованное лицо мамы, которая каждый раз приезжала в полицейский участок с чековой книжкой в руках, чтобы вытащить её на свободу, поручиться за неё. Помнила она и нотации с угрозами, которые на неё совершенно не действовали.
Но потом она взяла себя в руки. Это не она должна здесь находиться. Запереть следовало Мисси Хэнсон. Эбби изо всех сил сдерживалась, чтобы не закричать и не устроить скандал.
Будь паинькой , — твердила она себе. — Не влипай в новые неприятности.
У неё сняли отпечатки пальцев и сделали фотографии, чтобы прикрепить к делу. Она встретилась с адвокатом, которого нанял Уэс — кажется, его звали Дэн или Дуг. Адвокат сразу сказал, что это отчаянная попытка Мисси Хэнсон перетянуть симпатии общественности на свою сторону. Но Эбби действительно угрожала Мисси и сделала это при свидетелях. Обвиняли её в преследовании и незаконном проникновении. Оба проступка подпадали под мелкие правонарушения, но Эбби была настроена позже оспорить это решение.
Она не могла поверить, что оказалась настолько глупа, подумала, будто Мисси оставит их в покое. Нельзя прожить жизнь рядом с таким человеком, как мистер Хэнсон, и самой при этом остаться нормальной.
Когда наконец появились Лили и Уэс, Эбби оставалось только внести залог. Уэс настоял на том, что заплатит он и на этот раз Эбби не стала спорить. Утренний токсикоз не прекращался, а её смены в больнице сократили. Ей понадобится каждый цент, когда инопланетный захватчик вылезет на свет божий. Кроме того, ей пришлось согласиться не приближаться к Мисси Хэнсон или другим членам её семьи ближе чем на сто пятьдесят метров. Горькая пилюля, но Эбби пришлось её проглотить.
Это временно.
Её отпустили. Уэс вывел девушек на улицу, пытаясь защищать их от репортеров, которые размножились, как тараканы и облепили их со всех сторон, выкрикивая вопросы.
— Вы действительно угрожали Мисси Хэнсон?
— Что именно вы ей сказали?
— Лили, вы собираетесь убить ребёнка Рика Хэнсона? — вдруг громко выкрикнула одна репортерша и её зычный голос перекрыл все остальные. Вопрос повис тяжёлым грузом.
Сначала Эбби растерялась. С какой стати Лили будет убивать Скай? Но Лили замерла как вкопанная. Репортёры, почувствовав, что нащупали новую скандальную новость, подались вперед. Та же журналистка задала следующий вопрос, несмотря на молчание Лили:
— Вы беременны от Рика Хэнсона, не так ли? Вы собираетесь сделать аборт?
Никто не произнёс ни слова. Эбби не могла поверить услышанному.
Лили беременна? От Рика? Ещё один ребёнок?
Она ни слова об этом не говорила. Эбби обвела взглядом море любопытных лиц и её вновь захлестнула ярость. Почему они считают, что могут унижать её сестру? Почему осуждают именно Лили? Почему не Рика?
Нужно было срочно добраться до машины Уэса. Сейчас же. Нужно было увести Лили отсюда. Уэс пытался открыть дверь, расталкивая репортеров.
— Прекратите! Довольно вопросов! Оставьте нас в покое! — закричала Эбби.
Один из репортёров притиснулся вплотную к ней. Эбби пошатнулась, судорожно пытаясь сохранить равновесие. Она резко обернулась в поисках виновника.
— Что с вами не так, люди?!
Ситуация накалилась до предела и тут Лили вдруг ожила. Она схватила Эбби и крепко прижала её к себе, глядя прямо в камеры спокойным и твёрдым взглядом.
— Хотите знать правду? Да, я беременна. Да, это ребёнок Рика Хэнсона. Что я буду делать дальше — это исключительно мое дело и мое решение. Можете задавать сколько угодно вопросов, но мы больше на них отвечать не собираемся. — Лили многозначительно посмотрела на Эбби, а потом снова повернулась к репортерам. — А теперь идите-ка вы нахрен.
Несмотря на шок, Эбби никогда ещё так сильно не гордилась сестрой, как сейчас.
Через несколько секунд они уже сидели в пикапе. Лили устроилась посередине, рядом с Уэсом. Эбби сидела у окна с другой стороны. Все остальное пространство в машине занимала тайна Лили.
Пока они ехали, Уэс бросал взгляды то на одну, то на другую, явно хотел что-то сказать, но, похоже, уже понял, что иногда стоит держать рот на замке.