Но она, очевидно, совершенно не испугалась. Ни один мускул не дрогнул на её лице. Она по-прежнему стояла на месте и насмешливо, исподлобья смотрела на него. Или, как показалось ему, словно куда-то мимо него…
Это – её как будто чуть отклонившийся в сторону взгляд – было последним, что он успел заметить. В следующий миг мощный тупой удар по затылку оглушил его и повалил наземь. Уже теряя сознание, он машинально упёрся руками в землю и попытался приподняться, но второй удар, на этот раз по спине, между лопаток, окончательно отключил его.
VI
Лёгкая тряска и негромкий размеренный гул едущей машины было первым, что ощутил и услышал Денис после того, как стал приходить в себя. А ещё тихие придушенные стоны. Такие мучительные и жалобные, что у него невольно защемило сердце и в душу закралась такая тягучая, неизбывная тоска, будто случилось какое-то страшное горе. Только он никак не мог вспомнить какое. Он вообще не в состоянии был собраться с мыслями и восстановить в памяти то, что с ним произошло. Перед застилавшей глаза тёмной колыхавшейся, как занавес, пеленой мельтешили лишь смутные тени, причудливые образы, обрывки воспоминаний, сталкиваясь, смешиваясь, наслаиваясь одно на другое и образуя какой-то невероятный сумбур, разобраться и понять что-либо в котором не представлялось невозможным.
Однако очень скоро ему помогли припомнить случившееся с ним. Приглушённо, неясно, как будто издалека, сквозь наполнявший его голову шум до него донеслись голоса. Сначала почти неразличимые, едва уловимые, словно глухие отзвуки чьего-то разговора. Затем, по мере того как его сознание понемногу прояснялось и ощущения делались более ясными и отчётливыми, он стал различать отдельные слова, потом целые фразы и, наконец, весь разговор, который, как выяснилось, происходил не где-то вдалеке, а совсем близко, рядом с ним.
– Ну, сеструха, ты молодец! – произнёс низкий, грубоватый мужской голос. – Сработала, как всегда, на ура. В своём деле ты настоящая мастерица, надо признать.
– Да я-то мастер, – отозвался женский голос, показавшийся Денису удивительно знакомым, будто он слышал его совсем недавно, только никак не мог припомнить, когда и где. – Я своё дело знаю назубок и свои обязанности выполняю чётко, как по нотам. Чего не скажешь о вас. В прошлый раз вы едва не завалили всё дело.
– Да ладно, чё вспоминать-то? – вклинился в разговор ещё один мужской голос, похожий на первый, но ещё более грубый и сиплый, будто простуженный. – Ну, случился косяк. С кем не бывает? Сегодня же всё прошло без накладок, как по маслу.
– Да уж, спасибо, сегодня вы подоспели вовремя, – проговорила женщина, судя по тону, очевидно, с усмешкой. – А то ещё минута-другая – и этот хлыщ кончил бы мне в рот. Так себе удовольствие, прямо скажем, – принимать сперму от первого встречного сопляка, разъезжающего на папашиной тачке в поисках приключений… Ну что ж, сегодня он своё приключение нашёл. Правда, боюсь, совсем не то, на которое рассчитывал, – смеясь, прибавила она.
Собеседники ответили на её замечание дружным одобрительным смехом.
У Дениса от всего услышанного ещё сильнее потемнело в глазах и вновь зашумело в голове. Он всё вспомнил! Мгновенно словно яркий луч пронзил затопившую его сознание тьму, разогнал мелькавшие перед ним призраки и высветил недавние события. Всё, от начала до конца, пронеслось перед его мысленным взором. Утренняя встреча с приятелем, взаимные откровения, импровизированный Владов пикап, поездка за город, внезапная остановка, очаровательная незнакомка, объявившаяся в их автомобиле и пустившаяся в фривольные разговоры с Владом. А затем мёртвое, наполовину заболоченное, покрытое тиной и заросшее ядовитой зеленью лесное озеро, возня за машиной, разорвавший тишину страшный, исступлённый крик, катающееся по земле окровавленное тело, похабная и злобная ухмылка на миловидном девичьем лице. А потом обрушившийся на него сзади, словно из ниоткуда, удар. И тишина, бесчувствие, мрак…
Денис открыл глаза. Взгляд его упёрся в узкое пространство между задними сиденьями и спинками передних кресел, устланное ворсистым серым ковриком, на котором выделялись бесформенные тёмные пятна. Он некоторое время тупо смотрел на эти пятна, не понимая, что это такое и откуда они тут взялись. Потом догадался. Это была кровь. Он испугался было: не его ли? Но, пробежав тревожным взглядом по своему телу, прислушавшись к своим ощущениям, понял, что нет, вероятнее всего, не его. Он был очень слаб, буквально разбит, чувствовал головокружение и лёгкую тошноту, а главное – сильную ноющую боль в затылке и между лопаток, в тех местах, на которые пришлись удары, нанесённые неведомо кем и лишившие его чувств. Но кровотечения вроде бы не было, тем более такого обильного, при котором он мог бы запятнать своей кровью пол.