Но если это не его кровь, тогда чья же? Он осторожно повёл взглядом туда-сюда и, переведя его влево, нашёл ответ на свой вопрос. Рядом с ним, бессильно привалившись к дверце и уронив голову вниз, сидел, а вернее, почти лежал Влад. Он, очевидно, находился в полубессознательном состоянии, глаза его были закрыты, померкшее, осунувшееся лицо бледно, с синеватым отливом, как у мертвеца. Можно было бы, пожалуй, в самом деле принять его за покойника, если бы не то и дело искажавшие его черты лёгкие судороги и не вырывавшиеся из груди слабые, временами совершенно замиравшие стоны.
Поглядев на бесчувственного товарища несколько мгновений, Денис опустил глаза – и невольно вздрогнул. Ноги Влада, область паха, сиденье под ним, коврик, покрывавший пол, – всё было залито кровью. Причём не только подсохшей и запёкшейся, но и продолжавшей капля за каплей сочиться из его раны. Самой раны Денис не видел – она была скрыта кое-как натянутыми на бёдра джинсами и краем футболки, тоже насквозь пропитанными кровью, – но он к этому времени уже вспомнил, какого она рода, и в достаточной степени уразумел, что это означает для его злосчастного друга.
Впрочем, только ли для Влада? Его собственная участь также не внушала ему особого оптимизма. Ведь он не знал, даже не представлял себе, во власти каких людей он оказался, куда они везут его, что собираются сделать с ним. Очевидно было одно: ничего хорошего! Ужасное начало логично подводило к выводу, что продолжение будет не менее, а не исключено, что и более жутким. Денис ещё далеко не в полной мере осмыслил случившееся с ними, с ним и его напарником, но его мысль лихорадочно, в бешеном темпе работала, сравнивала, соотносила, анализировала. И заключения, к которым он в результате приходил, были неутешительны и повергали его в отчаяние.
Денис, оторвав взгляд от полуживого приятеля, украдкой посмотрел на других людей, разместившихся в машине. На заднем сиденье, справа от него, расположился кто-то, лица которого Денис не видел, слыша только его сиплый, осевший голос и улавливая исходивший от него смрад дешёвого курева, смешанный с кисловатым запахом такого же, по-видимому, не слишком изысканного алкоголя. А вот сидевших впереди он мог разглядеть довольно чётко. Место водителя занял широкоплечий, атлетически сложённый молодой мужчина с почти полным отсутствием волос на голове и резкими, рублеными чертами лица, на котором выделялись мощный квадратный подбородок и крупный костистый нос, придававший лицу хищное выражение. Положив огромные мускулистые руки на руль, он в ходе продолжавшегося разговора то и дело поворачивал голову к своей соседке, сидевшей на том месте, которое не так давно занимал Денис. И этой соседкой была не кто иная как Лиза, миниатюрная девочка с кукольной внешностью, в недобрую минуту подобранная его падким на удовольствия другом на шоссе и сыгравшая в их судьбе такую зловещую роль. Впрочем, как тут же мысленно оговорился Денис, роль эта была ещё далеко не сыграна и всё самое главное и интересное, очевидно, было впереди. Вероятно, всё должно было произойти и закончиться там, куда их везли на их же собственной машине, захваченной неизвестными в качестве трофея. И о том, что именно это будет, он старался даже не думать – слишком страшны были эти догадки и предположения, слишком большой, леденящий, затмевавший разум ужас вызывали у него находившиеся рядом люди, в полной, безраздельной власти которых он очутился.
– А ведь мы чуть не спалились, – промолвил после короткого молчания водитель, в очередной раз оборачивая к собеседнице своё резко очерченное носатое лицо и слегка усмехаясь. – Валерка сдуру вылез из кустов раньше времени, и этот, второй, кажись, засёк его.
Лиза фыркнула.
– Я почему-то не удивлена. Не было ещё случая, чтоб вы сделали всё как надо, по моим инструкциям. Так, как я делаю.
– Ага, точно, – подал голос сосед Дениса, зашевелившись и обдав его новой волной тяжёлого дымно-алкогольного чада. – Я маленько тупанул, решил, что уже надо идти к тебе на подмогу. Ну и полез было из зелёнки. Глядь, а на том берегу чел этот, – он похлопал Дениса по спине, – стоит и в мою сторону пялится. Хорошо, что братуха сообразил и тут же назад меня затащил. А то б реально спалились! – И он закатился жизнерадостным дураковатым смехом, от которого, как и от его прикосновения, у Дениса мороз пробежал по коже.