Следом шли ряды попроще. Кресла, обтянутые мягким бордовым бархатом, оснащенные довольно простыми, но удобными подлокотниками. Самые задние ряды состояли из разнокалиберных стульев, табуретов и лавок. Видимо, они предназначались для служащих замка и слуг, приехавших вместе со знатными гостями.
Но больше всего Ветту поразило не это. Погода! Во внутреннем дворе она была совершенно другой. Летней. Как будто за стенами замка не существовало зимы. Солнце светило ярко и согревало озябшие руки и ноги въехавших или пришедших сюда. Щебетание птиц и легкие белые облачка на небе свидетельствовали о том, что территория замка не подчиняется обычным законам природы. Оторопевшая Ветта таращилась на небо, не понимая, как это вообще возможно.
Ясность внесла Элла.
– Магия! – подняв палец вверх, провозгласила она, – У герцога на службе мощный маг, один из уцелевших, вот он и колдует.
– И что? Тут всегда лето?
– Ну почему же – всегда? Иногда и герцогу с его родственниками хочется покататься на санках и поиграть в снежки, тогда маг сотворяет зиму в любое время года, – Ветта восхищенно выдохнула. Вот бы всегда так! Захотел – зима! Захотел прошелся по пушистой золотой листве осенью… Захотел – позагорал под теплыми лучами летнего солнца. Мечта!
Отвлек Ветту от размышлений какой-то шум у сцены. Высокая фигура в нелепом фраке объявила:
– Выступления конкурсантов проходят по жребию. Подходим, достаем свой номер и становимся в очередь! Поторапливаемся, не задерживаем остальных.
Что-то в длинной фигуре объявляющего Ветте показалось знакомым, и голос… Но, забыв о сомнениях, она подошла в очередь на жеребьевку, оставив повозку с Эллой и ребятами в стороне. Толкаясь и суетясь, артисты тянули жребий. Вот кому-то достался первый номер. Кто-то выкрикнул «десятый». Всевечный, сколько их тут? Ветта насчитала не меньше сорока.
Протолкнувшись, наконец, к раздающему номерки, Ветта сунула руку в большой короб, в котором лежали золотые картонки с номерами, и вытащила номер двадцать четыре. Хорошо хоть не в самом конце, обрадовалась она. Тяжело столько ждать. Устанешь только от ожидания.
– Аааа, старая знакомая! – раздался сверху знакомый голос.
Нет, ей не показалось. В атласном розовом цилиндре, в пурпурном фраке с аляповатыми цветами на лацканах и узких брючках, криво улыбаясь, стоял Цурк.
«Вот и приехали…» – в голове у Ветты проносились разные варианты развития событий.
– Приперлась-таки? Не ожидал… – Цурк явно был доволен собой, – Зря, вряд ли тебе тут что-то светит…
– Что ты здесь делаешь? – глухо ответила Ветта.
– Ахах! Я? Я, вообще-то, главный здесь! – Цурк значимо вздернул подбородок вверх, – Шпрехшталмейстер, герр Цурк Штамм! Будь полюбезнее со мной, девочка!
– А если не буду? – Ветта вспыхнула, – Шел бы ты… Куда подальше! Шпрех…штал…мейстер! – с трудом выговорив неудобоваримое слово, выплюнула ему в ответ Ветта.
От неожиданной дерзости Цурк оторопел. Ветта поспешила к своим.
– Зря, зря! – крикнул ей вслед долговязый.
Растерянная Ветта подошла к своей повозке. Луц и Айко, озираясь, таращились на все вокруг, не уставая выражать восхищение. Правда, в их исполнении это были просто междометия: «Ах! Ох! Ух ты! Вот оно!» и другие, с различными степенями удивления.
– Здесь Цурк! – нарушила Ветта идиллию, – Он распорядитель этого конкурса…
– Сволочь! – вырвалось у Луца, – Пусть только попробует чего-то напакостить! Я его по стенке размажу!
– Что делать? – испуганно вскинула голубые глаза Элла.
– Ничего! Дождаться очереди и выступать! В конце концов, отбирает победителей не он, а герцог и его советники!
– Я знаю Цурка! Он что-нибудь сделает! Он помешает или сломает…