– Поэтому, будьте добры. Никаких репетиций, громких звуков и пения. Герцогу нужно отдохнуть. В три часа начнется представление, – продолжал Устроитель, – у вас должно быть все готово к этому времени. Если нужна будет помощь, или возникнут какие-либо просьбы – обращайтесь ко мне. Горничная все доложит.
Ветта старалась все запомнить. Беспечная же Элла слушала вполуха, отвлекаясь на порхающих стрекоз и бабочек.
– Ваш спектакль запланирован седьмым номером. После него – перерыв на прогулку и перекус для герцога. В это время, вы сможете покинуть замок. Или остаться, если захотите досмотреть программу, это не возбраняется. Понятно?
– Вполне! – кивнула Ветта.
– Тогда вот, держите, – Гердт протянул листок бумаги, где затейливым почерком была расписана вся программа, – Да, и, кстати, вы можете оставаться в замке вплоть до самого праздника Солнца, если пожелаете и если вам так будет удобно. Для артистов всегда есть свободные комнаты в правом крыле.
– Мы подумаем, – Ветта взяла программу, внимательно вчитываясь в содержимое, – Спасибо.
До начала выступлений оставалось еще около трех часов, так что девушки продолжили прогулку. Выйдя из лабиринта, они наткнулись на стену высокой ограды. Увидев это чудо, артистки ахнули. Стена была очень-очень необычной: вся ее поверхность была покрыта сталактитами густого изумрудного цвета. Это было очень похоже на бархатную бахрому. Ветте даже показалось, что сталактиты просто заросли коротким густым мхом. Но нет! Это было минеральное образование редкого цвета, похожее на минерал уваровит. В некоторых местах сталактиты располагались таким образом, что угадывалось то лицо какого-то гиганта, то причудливое животное. Где-то Ветта видела что-то похожее… Но проще, гораздо проще.
Вдоволь нагулявшись по парку, девушки вернулись к себе. Перепроверили кукол. Позвали Лину и попросили прислать рабочих. Пора было собирать ширму. Спустившись к сцене, Ветта показала, что и куда крепить. Мужички быстро разобрались с конструкцией и ловко собрали ее, буквально за двадцать минут. До начала выступления оставалось полтора часа.
В комнате их ждал обед. Это был суп с белыми клецками, вареные креветки с овощами и несколько видов канапе. Для питья предлагались кофе, морс и чай. Девушки с удовольствием поели: успели проголодаться за время прогулки. Им даже удалось немного поваляться на мягких перинах.
Со стороны сцены послышалось оживление. Сама сцена находилась за пределами видимости, зато был хороший обзор на главный вход в замок. Сначала выскочил уже хорошо им знакомый шпрехшталмейстер. Он распинался перед светлостью и его супругой и попутно одаривал затрещинами и тычками проходящих мимо слуг и лакеев. Важно вышагивая, прошел герцог. На нем был кремовый жюстокор с вышивкой золотом, кюлоты, завязанные под коленом небольшими бантиками. Сверху на одном плече крепился легкий плащ с набивным рисунком. Туфли же были на довольно высоком толстом каблуке, такого же кремового цвета, украшенные золотыми застежками с инкрустированными в них прозрачными камнями.
Под руку герцог придерживал супругу. На ней было платье в цвет мужниного жюстокора, тугой корсет облегал фигуру, пышные кринолины придавали объема. В это раз Ветте герцогиня показалась даже красивой. Немного комично, правда, супруги смотрелись вместе. Муж, несмотря на высокие каблуки, был чуть ли не на голову ниже герцогини. Позади чинно шла дочь, одетая в точную копию маминого платья в миниатюре. За дочерью лениво плелся герцогский сын: прыщеватый бледный юноша, которого достали, судя по всему, все эти приемы, балы и выступления.
Дальше нестройной толпой посыпались дамы, фрейлины, какие-то господа, военные чины и другие. Стало шумно. Ветта и Элла решили одним глазком глянуть, кто будет выступать первым. Боясь не успеть к началу, они спешно спустились к сцене, решив подсматривать из-за кулис.
Прозвучали фанфары. На сцену выскочил Цурк. Краем глаза Ветта увидела, как поморщилась Элла.