– Встретимся здесь же, у этой лавки! – девушка, не дожидаясь ответа, побежала в нужном направлении.
Остановившись у большой деревянной двери, ведущей в аптеку, Ветта немного замешкалась, обратив внимание на стеклянную витрину в окне. Там были всевозможные банки, склянки, пузырьки, колбы с самым разнообразным содержимым: с какими-то микстурами, травами, отварами. Были в них и неизвестные засушенные коренья, и рога каких-то животных, и много чего еще. Сделаны посудины были из прозрачного и непрозрачного стекла.
Витрина напоминала скорее ведьмино жилище, чем привычную аптеку. Ветта толкнула тяжелую дверь и вошла в лавку. За невысоким прилавком стояла пожилая женщина: на вид ей было лет шестьдесят (по меркам прежнего мира Ветты). Оказалась она румяная, невысокая, полненькая, в аккуратном белом чепце и накрахмаленном переднике. Увидев Ветту, женщина вопросительно глянула на нее. Девушка же в это время рассматривала полки за спиной аптекарши в надежде увидеть что-то, что бы ей подошло.
– Ясного солнца! Чем я могу помочь? Отвары, снадобья. От хворей разных: гремучей, безродицы, толкнянки! – затараторила дама
– Здравствуйте! Вы знаете, мне не нужны лекарства.
Аптекарша недоуменно подняла брови:
– Так зачем же вы сюда пришли, деточка?
– Мне нужны емкости, вроде вот этих, – Ветта показала на небольшую круглую колбу, стоящую на витрине, – Но гораздо большего размера. У вас есть такие?
– Мы торгуем лекарствами, а не стеклом! – фыркнула хозяйка.
– Ну тогда, может быть, вы подскажете мне, где найти такие? Пожалуйста! – Ветта улыбнулась, и аптекарша смягчилась.
– Ну, обычно все аптекари у стекольщика Шнауца закупаются. Он недалеко тут. А тебе от веснушек мазь не нужна? – спросила аптекарша, наклонившись ближе.
– Да вроде нет! – ответила Ветта и уже собиралась уходить, но подумала и вернулась к прилавку. – Хотя… дайте мне маленький флакончик, на пробу.
Женщина заулыбалась и, протянув Ветте крошечный флакон, попыталась втюхать ещё что-то типа местной косметики, сопровождая это словами: «Мне-то, деточка, уж сто пятьдесят, а выгляжу всего на девяносто, не пожалеешь».
Кое-как отделавшись от несколько настырной аптекарши, Ветта выскочила из лавки, вспомнив, что не уточнила, где же находится стекольщик. Но, пробежавшись по ближайшим лавкам, она узнала, что стеклодув обитает через пяток домов от левого края площади, в невысоком каменном здании. «По вывеске поймешь», – уточнил один из лавочников.
Вскоре Ветта действительно увидела небольшое приземистое здание из серого камня. Над входом красовалась кривая табличка с горделивой надписью: «Стекольных дел мастер Шнауц». Дверь была раскрыта нараспашку. Постучав в дверной косяк, Ветта зашла в раскаленное душное помещение.
В центре комнаты находилась огромная печь, огонь в которой горел не переставая. Жар, испускаемый печью, напоминал драконье дыхание. Возле печки крутился маленький человечек, на голову ниже Ветты. «Сильф» – мелькнуло в голове у нее.
Человечек был одет в штаны, закатанные до колена, и плотный фартук, который прикрывал голый торс – рубашки стеклодув не носил. Изо рта у него торчала длинная трубка, с помощью которой он выдувал нечто, похожее на стеклянный пузырь. Не замечая посетителя, сильф продолжал заниматься своим делом, пока Ветта не подошла к нему достаточно близко, чтобы оказаться в поле его зрения.
– Госпожа, что-то желает? – отдуваясь спросил Шнауц
– Доброго солнца, – Ветта немного наклонилась, – вы делаете колбы, я узнавала.
– Ну делаю, – человечек стер пот со лба. – Есть готовые, могу показать.
Не дождавшись ответа, он вышел в соседнюю дверь и вернулся через пару минут с небольшой колбочкой примерно десяти сантиметров в диаметре.
– А большего размера нет? – спросила Ветта, вертя в руках принесенную колбу.
Шнауц почесал затылок:
– Нет, это самая большая… Других не заказывают.
– А сделать можете?
– Это, конечно, можем! Отчего ж не мочь. А какие надо?
Ветта на пальцах объяснила, что ей колбы нужны большие, достаточно толстого стекла, примерно сантиметров шестнадцати в диаметре, с невысоким горлышком, можно неправильной формы: не обязательно их делать абсолютно симметричными.