Она покрыла фигурки сначала красными завитками с одной стороны, потом добавила желтых и синих крапин. Получилось немного аляповато, но нарядно. Когда одна сторона подсохла, Ветта принялась за вторую уже набитой рукой. Работа так увлекла ее, что она не заметила, как проснулась Зелда.
Та, стоя на пороге, с интересом наблюдала за процессом.
– Эта, а можно мне?
– Что? – не поняла Ветта
– Ну я это… Попробовать хочу, – смутилась великанша. На фигурках красные завитки Ветта уже нарисовала и разрешила Зелде поставить желтые и синие крапины. Пугаясь, дрожащими руками Зелда взяла кисточку. Обмакнула в воду, затем в краску, аккуратно поставила желтую точку. Выдохнула. Кажется, даже немного вспотела от напряжения.
– Вот ужо… тонкое дело.
– Нормально. Все хорошо, давай дальше, – подбодрила ее Ветта.
Второй горошек дался Зелде немного легче, и уже через несколько минут она ловко доделывала пятую фигурку, как вдруг с кисточки сорвалась непослушная капля и оставила большую ярко-желтую кляксу на фигурке медведя.
– Ой, – запричитала она. – Ой ты батюшки, что наделала! Все испортила, дура безрукая! – как будто случилось что-то страшное: пожар или наводнение.
– Ну, Зелда, взрослая женщина уже! Хватит, а? Ничего не испортила, сейчас аккуратно кистью промакнем, – Ветта убрала излишки краски чистой кистью. Клякса тут же стала менее заметной. – Ну вот, смотри, сейчас подсохнет и совсем исчезнет.
Зелда недоверчиво качала головой и все причитала себе что-то под нос, вероятно, ругая себя последними словами. Пока след от кляксы высыхал, Ветта вручила Зелде кисть, чтобы она пока ставила горохи на других фигурках. Великанша попыталась было сопротивляться, но Ветта решительно сунула ей в руки кисть.
Снова робко Зелда принялась за дело, внимательно следя за кончиком кисти. Когда все было доделано, желтые и синие крапинки были нарисованы, они вернулись к медведю. След от краски подсох и стал почти незаметным. Зелда выдохнула и торжественно поставила последний горох на след от кляксы.
После с аппетитом позавтракали. Анико пошел мастерить что-то в сарай, Зелда занялась уборкой, а Ветта побежала к Брану. Близнецы ночевали в новом доме Одо уже вторые сутки.
Так незаметно, за хлопотами, тренировками у Ланзо, лепкой, росписью, работой у Брана, пролетели дни до праздника. Ветта сделала из папье-маше несколько головок, зашпаклевала и расписала их.
Зелда стала уже совсем тяжелой. Анико окончательно оправился от гремучки и отъелся, но на охоту жена его пока не отпускала. Поэтому он подрабатывал в мастерской Кривого Аццо, помогал с отделкой дома Одо и мастерил ширму для Ветты. Братья, наконец, доделали дом. До Круга Солнца оставались считанные дни.
Ветта для всех приготовила подарки: ваза для Зелды давно была готова, манок для Анико тоже. Братьям она сшила по вместительной сумке через плечо: с множеством кармашков и петелек для инструмента. Невесте Одо она слепила из глины красивый кулон в виде листика на простом шнурке и сделала пару красивых браслетов том же стиле. Зелде, в дополнение к вазе, тоже смастерила подобную подвеску. Для гончарника попросила Анико выточить набор стеков, необходимых каждому керамисту.
Каждый подарок был бережно упакован в самолично сшитые Веттой мешочки: ей посчастливилось на одной из ярмарок приобрести обрезки разных тканей буквально за копейки у какого-то заезжего торговца. Для кукольных нарядов они были слишком малы, а вот для того, чтобы упаковать подарки – в самый раз.
Кроме того, себе и Брану она сшила мягкие пеналы-рулоны для стеков с индивидуальными кармашками под каждый инструмент.
Оставался подарок для Ланзо. Она никак не могла придумать, чем бы порадовать старика. Долго думала и решила нарисовать его портрет. Задача, прямо скажем, не из простых. В прошлой жизни она даже не пыталась замахнуться на подобный жанр, но решила: была не была…
В один из вечеров Ветта взяла карандаш и кусок хлебного мякиша вместо стирательной резинки и приступила к портрету. К ее удивлению, он удался. Говоря честно, портретом это было назвать нельзя, скорее это был набросок, но он получился очень выразительным и вполне узнаваемым. Луц помог ей с рамкой – и подарок был готов.