– Чей-то живот-то больно большой у ней! – покачала она головой. – Не водянка ль часом?
Зелда, которая только-только более или менее успокоилась, взревела с новой силой. Ветта с укоризной глянула на знахарку.
– Ааа! – орала великанша, больно стиснув ее руку. – Обещай, Ветка! Мочи нету!
– Ладно, ладно, обещаю, – серьезно заверила ее Ветта. – Ты давай-ка лучше сосредоточься на деле!
Знахарка согласно закивала:
– Давай, давай, милая! Уж немного осталось!
Наконец раздался первый крик появившегося на свет младенца.
– Девочка! – провозгласила знахарка. – Здоровенькая!
Все присутствующие завозились было с ребенком, немного позабыв про мать, но громкий вопль заставил всех вздрогнуть.
– Ой, не все! – крик Зелды заставил стены дома содрогнуться. – Не все это! – ревела она, реагируя на возобновившиеся схватки.
Через несколько минут комната огласилась новым криком младенца. Зелда родила девочек-близняшек! Знахарка подхватилась обтирать детей каким-то травяным раствором и пеленать недовольно пищащие комочки, добродушно приговаривая:
– Этак-то голосят, не хужей мамки! Здоровенькие на редкость, и непременно красавицами вырастут!
Наконец, роженицу оставили с детьми одну. Измученная, она уснула. На ее могучей груди свернулись, туго спеленутые, два маленьких краснолицых комочка.
Анико сидел во дворе бледный и испуганный.
– Все, Анико, все хорошо! Девочки у нас. Близняшки, – в первый раз в жизни Ветта увидела, как беззвучно могут плакать мужчины. Она подошла, обняла переволновавшегося великана. Знахарка, вышедшая вслед за Веттой из дома, обратилась к Анико:
– Можешь зайти к ним, только тихонько. Спят они!
Анико послушно прошел в дом. Ветта расплатилась со знахаркой и в благодарность подарила баночку варенья. Та растрогалась, поздравила с пополнением и дала дельные советы по уходу за малышами.
Близняшки крепли и росли как на дрожжах. Дом снова ожил, наполнился детскими криками и смехом. Зелда быстро вошла в норму. Жизнь потекла своим чередом. Девочек назвали Ада и Грет. Они были похожи одновременно и на Одо с Луцем, и на Анико с Зелдой. Крупненькие, пухлые, смешные девчонки с тугими румяными щеками.
Ветта часто оставалась приглядеть за малышками и развлекала их с помощью своих кукол. Как только одна из них начинала капризничать, вторая быстро к ней подключалась, и тогда Ветта исполняла свой коронный номер: куколки, как по мановению волшебной палочки, начинали приплясывать, дрыгаться, прыгать и скакать, вызывая непременный восторг у малышек.
Когда выдавалось время, Ветта разыгрывала различные короткие сценки с куклами, часто наведывалась к Ланзо и не оставляла подработки у Брана: денежки в семье были нужны. Времени на все не хватало, она никак не могла сосредоточиться и придумать хоть какой-то, маленький спектакль.
От этого она немного грустила и понимала, что никак не может собраться с мыслями: то близнецы отвлекут, то по хозяйству помочь, то подработать нужно. Анико это видел. Он снова вышел на охоту и возобновил поездки в город, чтобы содержать семью. Из города великан частенько привозил весточки и гостинцы от Луца. Тот был доволен: зарабатывал он хорошо, хозяин мастерской платил щедро. Каждый раз обещал приехать, навестить сестру и племяшек, но все как-то не выкраивалось время.
Ветта подумывала бросить работу у гончарника, но бросать вот так, не предупредив, считала неправильным. Как-то, сидя в гончарной, она обратилась к Брану:
– Бран, я вот что подумала: может, тебе подмастерье взять?
Бран насупился, в глубине души понимая, к чему клонит Ветта.
– И зачем это? Дармоеда к себе приживать? – не поворачивая головы, сказал гончарник. За это время он сильно привязался к Ветте.
– Ну почему ж дармоеда? Я его научу, что делать надо, помощник тебе будет! – отвечала Ветта, доделывая последний объемный цветок на большом блюде.
– То-то, знаю я! Хорошего не жди, толку не будет! – никак не соглашался Бран.
– А если я сама кандидата тебе найду? – девушка вопросительно взглянула на старика.
– Ааа, делай что хочешь! – Бран махнул рукой и больше с ней в этот вечер почти не разговаривал. Даже не попрощался, когда она уходила – расстроился.