– Да что с ними будет, – махнул рукой Дани, – у нас не воруют!
– Ага, точно! Я и забыла… – с горькой иронией усмехнулась Ветта. – Спасибо, Дан. Не волнуйся, я скоро вернусь.
Продолжая путь домой, погруженная в свои мысли Ветта совсем забыла о девчонке. Издалека она казалась старше, и только сейчас Ветта увидела, что ей не больше семнадцати.
«Вот же больной ублюдок: ребенка бить», – у нее невольно сжались кулаки. Кажется, девчонка начала приходить в себя.
– Как тебя зовут? – спросила Ветта нарочито бодрым голосом.
– Элла, – тихо ответила девушка.
– Что произошло?
– Я не хотела! Я просто хотела выступать. А он… он хотел от меня… – Элла замялась. – А я не хочу. Я хочу, чтоб по-настоящему, чтоб на всю жизнь…
– Понятно, – сквозь зубы процедил Луц, который до этого не проронил ни слова.
– Как ты попала к нему? – продолжила расспросы Ветта.
– Дак как… Обычно как! Я помощницей была на кухне в замке. Приходящей. А они там выступают часто. Ну, я нет-нет и сбегаю, из дверей кухни посмотрю! Интересно же! Артисты же настоящие!
– Дальше что?
– Ну он как-то меня и заметил. Пришел! Говорит: «Давай выступать с нами будешь, ты вылитая актриса!» говорит, и имя какое-то назвал. Поначалу еще ничего было. Даже весело! Мы по разным деревням катались, нам платили неплохо. Герцог часто выступать звал и тоже хорошо платил.
Элла задумалась, вспоминая былые веселые времена. Но Ветта прервала ее раздумья.
– Тебе платил?
– Нет, Цурку платил, а он нам. А Роб и Глен хорошие, они сами его боятся.
– Да, слышала! Как один «хороший» спалил мне ширму! – хмыкнула Ветта.
– Нет, правда! Он бьет их! А они боятся: идти им больше некуда… Вот и терпят, – тараторила Элла.
– А что потом?
– А потом он, – Элла выдохнула, – приставать ко мне начал. Я даже не сразу поняла. То прижмет меня, то вроде как нечаянно коснется… А потом все больше и больше… – девушка всхлипнула. – Что будет? Он мстительный. Так просто не оставит ведь…
– Не волнуйся, Элла. Мы что-нибудь придумаем.
Дома представили Эллу хозяйке. Фру, оглядев девицу с ног до головы, фыркнула, оценив ее откровенный наряд. После чего Ветта отозвала хозяйку в ее комнаты.
– Нет, нет и нет! – вскинула бровь фру Эльга. – Я не потерплю развязных девиц у себя в доме!
– Ну, фру, ну, Эльга, ну, хорошая наша! Хотя бы на одну ночевку! – взмолилась Ветта.
– Я еще раз повторю! Дом сдается приличным рабочим людям! Что будет, если тут поселится эта… – фру Эльга попыталась подобрать слова.
– Она не ЭТА! Она артистка! Как я…
– Всевечный, еще одной артистки нам здесь не хватало! – картинно вскинув глаза к небу, вздохнула фру, понемногу отступая.
Видя, что упрямая фру начала поддаваться, Ветта вывалила на нее всю произошедшую историю, а заодно и рассказ Эллы, для пущего антуража прибавив еще несколько душераздирающих сцен из жизни несчастной балаганной актрисы.
– Какой кошмар! – прошептала хозяйка, впечатлившись рассказанным. – Бедная деточка! Сколько же она натерпелась… Только куда же мне ее поселить? Последнюю комнату я тебе отдала.
– Пусть пока живет у меня! – выпалила Ветта, пока фру не передумала.
– Там же катастрофически мало места!
– В тесноте, да не в обиде, как говорится! Можно?
– Что с вами делать-то… Можно.
– А еще Элла раньше на кухне работала, она может тут помогать, пока не устроится, – предложила Ветта.
– Посмотрим, – вздохнула хозяйка. – Ох, что же я… – спохватилась она. – У тебя ж всех кукол сожгли… Как теперь быть-то. И этот, Цурк, он еще напакостить может.
– Завтра все решим! – твердо сказала Ветта. – А пока… Давайте чего-нибудь съедим? Мы ужасно голодные.
Бруна, непривычно молчаливая, подавала еду на стол. Обычно на ужин она готовила что-нибудь простое: кашу, отварное мясо, хлебину или овощи. Сегодня было запеченное мясо с хлебиной в горшочках. Туда она щедро добавила лука и грибов. А еще она напекла тончайших ажурных блинчиков, которые подала с медом.