Глава 1
Глава 1
Эта летняя ночь никоим образом не напоминала одну из тех прозрачно-тревожных, наполненных романтикой, падающими звездами, да птичьими разговорами ночей, остающихся навсегда в сердце и до глубокой старости приходя в воспоминаниях, скользя мечтательной улыбкой по губам, заставляя сердце сжиматься от непонятной тоски.
Наилучшее определение, которое ей подходило-«репетиция конца света».
По крайней мере, поинтересуйся кто-нибудь мнением усталой молодой женщины, сидевшей за рулем старенького форда, он получил бы именно такой ответ. Черное небо тяжелым свинцом давило на землю, дрожало, с грохотом выплевывая потоки ледяной воды и сверкающие стрелы молний.
Ветер, усиливающийся с каждой секундой, ревел в проводах, гнул к земле деревья, самые слабые и старые так и оставались лежать посреди дороги. Вцепившись в руль, женщина ругалась сквозь зубы, до рези в глазах всматриваясь в вязкую темноту дороги, сверяясь с навигатором, взвешивая каждое действие. Ей нельзя было ошибиться, никак нельзя. Времени оставалось слишком мало. К тому же, она все время чувствовала чье-то присутствие. Здесь, за спиной, повсюду. Она приказывала себе не думать об этом, но получалось плохо. Незримое присутствие давило, сковывало по рукам и ногам, мешало думать и дышать.
Вот ветер взревел с новой силой, и, издавая треск и стоны, на дорогу легла разлапистая сосновая ветвь. Громадная, по величине не уступающая иному дереву. Женщина вышла из машины. Все. О том, чтобы ехать дальше, нечего и думать. Закутавшись поплотнее в длинный серый плащ, путница открыла заднюю дверцу машины и вытащила на свет божий два свертка, один побольше, другой поменьше. Тот, что поменьше, сразу зашевелился и заплакал. Горько и безнадежно. Чувствуя, как по щекам бегут слезы, а в груди ворочается что-то скользкое и холодное, женщина бережно прижала сверток к себе и двинулась в путь. Идти оставалось совсем немного. Если бы не проклятое дерево, она была бы уже на месте.
Дождь хлестал что есть мочи, узкая проселочная дорога совсем раскисла и напоминала черничное желе, каждый шаг давался с величайшим трудом. Наконец, показался поворот. А за ним, о чудо, вырос двухэтажный дом, приветливо подмигивающий парой наполненных светом окошек.
Женщина подошла к двери. «…ом № 2»-гласила мокрая табличка на двери. Внизу чернела кнопка звонка.
Путница поставила большой сверток на землю, с нежностью в последний раз прижала к груди маленький и осторожно опустила рядом.
Почти все. Оставались сущие мелочи. Сняв капюшон, женщина откинула тяжелые волосы, на ощупь расстегнув замок, сняла с шеи цепочку, склонилась над маленьким свертком, ласково шепча, попыталась надеть цепочку на крошечную розовую шейку, выглядывающую из вороха кружев. В ответ раздалось сопение и отчаянный плач. Тут же на первом этаже дома зажглась очередная пара окон, уставившись в темноту подобно чьим-то любопытным глазам. Женщина умела быстро принимать решения. Развернув второй сверток, она аккуратно вложила цепочку внутрь. Затем, вытащив из кармана смятую записку, женщина вновь зашептала, на сей раз, горячо и быстро. Провела рукой над запиской. Поморщилась-в этом мире сила её заклинаний была совсем слабой, бумажка еле светилась голубым, а должна сверкать аквамариновым. Заклинание покорности, если оно ослабнет и иссякнет раньше времени, все пропало. Так может продублировать его? Но в этот момент ветер, точно злящийся на любого, кто посмел высунуть нос на улицу, набросился на путницу с такой яростью, что ей стоило огромных усилий удержаться на ногах. Нет, слишком поздно, времени нет. На первое время должно хватить, а там, как бог даст.
Нажав кнопку звонка, женщина отступила в тень и через секунду слилась с нею (заклинание невидимости сработало на удивление неплохо). Потянулись томительные минуты ожидания. Путница уже решила повторить звонок, но тут дверь распахнулась. На пороге стояла худенькая, почти прозрачная девушка с удивительно бледной кожей, почти прозрачными голубыми глазами с короной пепельных волос на голове. Казалось, девушка ничуть не удивилась сюрпризу, поджидавшему на крыльце, в её заведении подобные сюрпризы, увы, не были редкостью. Не обращая внимание на проливной дождь, она вышла на крыльцо, огляделась, на мгновенье задержав ледяной взгляд на колышущемся неподалеку сгустке тени, затем забрала оба свертка и вернулась в дом.
Пару минут спустя худая, высокая, слегка сутулая женская фигура вышла из тени и направилась в сторону проселочной дороги. Она вновь стала видимой. Поддерживать заклятие невидимости ценой невероятных усилий больше не было смысла, силы ей еще понадобятся. Для самого последнего шага.