-Ну, Ваше величество, удружили вы с вашим демоном! -процедила я. – И на кого теперь похож мой благоверный? Как я оставлю его в таком состоянии? Эх… А ведь у меня могла новая жизнь сегодня начаться.
Королева не шелохнулась. Она не сводила взгляда с циферблата.
-Маленькая на двух, большая на четырех. – Сообщила я ей. – Очень легко запомнить.
На миг лицо королевы стало не таким застывшим, и на нем промелькнула тень улыбки…
Глава 7.3
А моя жизнь потекла дальше. Только теперь на моем попечении находился не один ребенок, а два. Все, что Олег мог делать самостоятельно в первые два-три дня-разговаривать односложными предложениями и есть. Но и на том спасибо, как говориться.
Жалела ли я, что так случилось? Чувствовала ли свою вину, ведь как ни крути, именно благодаря мне чудовище проникло в наш дом, а уж то, что оно сотворило с Олегом, произошло и вовсе с моего одобрения. Нет, не чувствовала. Во-первых, еще неизвестно, чем бы закончился тот вечер, если бы не вмешательство домика, во-вторых, если вы еще не заметили, за годы супружества мое отношение к мужу, претерпело значительные трансформации. Любовь-обида, непонимание-раздражение-безразличие. Той самой ниточки между нами больше не было. Каждый крик «Тварь!», каждая презрительная ухмылка, поднятие кулака, сообщение «Из-за тебя ребенок заболел, вот сама и занимайся им теперь», не щадя, с размаху рубили по ней. И получились двое взрослых, совершенно чужих людей, в силу обстоятельств, живущих под одной крышей. Поэтому, если уж говорить откровенно, то все, что я чувствовала - это страх. Я боялась домика, потому что не знала, чего от него ожидать. Боялась королевы – главного режиссера и действующего лица всей чертовщины последних дней. Безумно боялась Олега. Но больше всего я боялась… себя.
Через несколько дней наметился кое-какой прогресс. Муж стал делать первые неуверенные шаги, и, кажется, кое-что вспоминать.
-Ребенок. Тут был еще один ребенок. Девочка. Только она была кроликом. Мы играли. – Доверительно сообщал мне он. А потом жмурился от удовольствия и добавлял. – Она меня обняла крепко-крепко и поцеловала. А потом отвела на красивую полянку.
Оставлять его надолго одного дома я опасалась, поэтому наши с Верочкой прогулки в «лесике» пришлось сделать менее продолжительными. Верочку это расстроило, к моему удивлению, меня тоже. В серой, мокрой, насквозь продуваемой всеми возможными ветрами (они свистели и гудели там в любое время дня и ночи, даже если в остальной части города на деревьях не колыхался ни один листок) рощице сейчас было много уютней, чем у нас дома.
Дочка потихоньку начала приходить в себя после произошедшего. Она подолгу возилась с домиком, но более не сообщала мне никаких изречений королевы. Правда, я пару раз слышала, как дочка тихонько мурлычет: «Маленькая стрелочка на два, большая на четыре», но решила, что это не то, о чем стоит волноваться.
Олег тем временем уверенно шел на поправку. Спустя пару недель он мог уже вполне связно изъясняться и свободно перемещаться по квартире. Он ничего не помнил о ТОМ вечере. Вспомнил лишь, что его уволили, поплакал, потом вспомнил милую девочку-кролика, которая его поцеловала, вновь повеселел и сел смотреть мультики.
-Мам, а папа навсегда таким останется? – спрашивала Верочка по пять раз на дню.
-А что по этому поводу говорит твоя королева?
-Ничего. Она, вообще, молчит в последнее время.
Я не знала, что и думать. Больше всего меня беспокоило, что деньги, предназначенные для осуществления спецоперации «новая жизнь» стремительно таяли. В один из дней, набравшись смелости, я отправилась в детский сад. Садик мне понравился, в нем пахло кашей и свежевымытым полом, а по стенам были развешаны яркие детские рисунки. В кабинете с табличкой «заведующая» сидел упитанный мужчина в грязном халате. Увидев меня, он соскочил с кресла и смущенно сообщил, что заведующая, Зинаида Михайловна, в командировке, появится лишь после новогодних праздников, а он сантехник, Стрельцов Афанасий, пришел проверить батареи.
Уже на выходе из садика мне пришла в голову здравая мысль оставить заведующей мои контакты. Так, на всякий случай. Вдруг, вернется раньше, или поручит какому-нибудь заму принять нового работника до праздников (все же красные буквы в объявлении о чем-то да говорят). Мысль настолько понравилась мне, что обратно по пахнущему кашей коридору я бежала почти вприпрыжку, а распахнув дверь кабинета, не сразу разглядела, что произошли кое-какие изменения.