И тут меня подстерегал сюрприз номер три. Дверь оказалась запертой снаружи. Я на три раза прокрутила туда-сюда все замки, подергала ручку, облазила деверь по периметру, проверяя нет ли потайного шпингалета или цепочки. Все впустую.
-Эй, снаружи! Вы меня слышите? Мы заперты!
С той стороны послышалась возня, крики, кто-то пару раз с силой подергал дверную ручку. Верочка оказалась смышленей меня. Взяв стакан из-под какао, она приставила его к двери и прислушалась.
-Ничего не понимаю. Про какое-то сердце кричат, – пожала она плечами.
Тут кто-то забарабанил в окно.
-Мам! Здесь фиолетовая тетя! – завопила вездесущая Верочка, раньше меня доковыляв до окна и повиснув на подоконнике.
Глава 8.2
За окном действительно маячил женский силуэт. Определить цвет «тети» я затруднилась, лишь отметила, что гостья выглядит весьма странно, будто переливается. Она подпрыгивала и махала руками, делала различные фигуры, то складывая ладошки перед собой в маленький комочек, то соединяя руки над головой, будто говоря «я в домике». При этом она не переставала верещать про какое-то сердце.
-Ой! Кажется, поняла! – ахнула я. – Она говорит про дом! В смысле, про кукольный домик! Сюда то мы попали благодаря ему, может и сейчас чем поможет. Кстати, где он?
-Здесь! А при чем тут сердце? – Верочка пыхтя и отдуваясь взгромоздила дом на подоконник. Разноцветный силуэт по ту сторону окна тут же радостно закивал и перешел к следующем эпизоду пантомимы – теперь гостья сгибала правую руку в локте, а потом резко выпрямляла ее.
-Что она делает? – спросила я Верочку.
-Либо что-то выбрасывает, либо открывает дверь.
Мы посмотрели друг на друга и не сговариваясь потянулись к дверце домика с зеленой крышей. Верочка просунула тоненький пальчик, толкнула и в тот же миг теплый, пахнущий розами и нагретым асфальтом воздух, ворвался в наш дом. А вслед и за ним влетела наша спасительница – миниатюрная молодая женщина с темными, коротко стриженными волосами и… бледной кожей, отливающей фиолетовым цветом.
-Привет! Я Дана. Ваша соседка, – улыбаясь, она протянула худую, но, судя по рукопожатию, очень крепкую руку, и ее кожа приобрела нежно-розовый оттенок.
-Привет! Я Ольга. А это Верочка, моя дочка.
-Вы давно перешли? Почему сразу не воспользовались Офлаитом для того, чтобы открыть дверь? – продолжала допрос гостья.
-???
-Офлаитом, всмысле сердцем.
-Сердце? Так называется… домик?
Дана больше не улыбалась. А ее кожа стремительно перекрасилась в желтый цвет, затем в светло-зеленый, потом снова в желтый.
-Кто вы? – резко спросила она.
-Мы не виноваты. Это все домик сделал, – тут же наябедничала Верочка.
-Ерунда. Посторонних офлаит бы не услышал. Чтобы сделать переход, нужно быть тем, кого сердце услышит, либо быть С тем, кого сердце услышит. – отчеканила женщина, по-прежнему оставаясь желто-зеленой. – Кому оно принадлежит? – кивнула она на стоявший на подоконнике домик.
-Мне, – хором ответили мы с дочкой и некстати засмеялись.
Женщина вновь улыбнулась и ее необычная, тонкая, почти прозрачная кожа вновь приобрела розовый оттенок.
Эмоции, - внезапно поняла я. – Цвет отражает ее эмоции.
-Домик. То есть сердце мое. Просто я давно не пользовалась им, с самого детства, вот и призабыла, – пояснила я.
К розовому добавилось немного желтого, означающего, вероятно, недоверие, от чего кожа незнакомки стала оранжевой, тем не менее мой ответ её удовлетворил:
-Что ж, это многое объясняет. Одна моя подруга после командировки в пятом мире два месяца в себя приходила, чуть было работу из-за своих чудачеств не потеряла. А тут с самого детства… Ничего удивительного, что ты не сразу сориентировалась.
Я открыла было рот, чтобы спросить, что означает «пятый» мир, и сколько их всего, но вовремя прикусила язык. Потихоньку сама во всем разберусь, не привлекая излишнего внимания.
-Мам! Идем гулять? – Верочка стояла на пороге и ее глазенки горели от любопытства.
Мы вышли в сад. Входная дверь захлопнулась за нами сама, не понадобилось никаких ключей. Дана первой пошла по дорожке, ведущей к калитке старенького покосившегося забора, мы с Верочкой, вертя головами по сторонам, шли за ней. Отойдя метров на десять от крыльца, я оглянулась. Зеленая крыша, строгие ряды окон, сверкающие на солнце, кое-где стыдливо прикрыты белыми ставнями, деревянные ступени с резными перилами и навесным козырьком, дверь с позолотой. Дом, точная копия того, что на протяжении последних недель сводил меня с ума в другом мире. Ничего другого я и не ждала.