Нечего уже ждать, время на исходе.
Хватаю ведро и бегу за чистой водой. Пою Игната, обмываю, зову отца, и вместе мы перекладываем кукольника на кровать, лицом вниз, чтобы удобнее было покалеченную спину обрабатывать. Оставляю Игната на отца, а сам несусь во двор. Я знаю, что под дровницей кукольник ту самую серебристую фляжку прячет. Не то, чтобы я подсматривал, просто однажды увидел. И дед Игнат мой интерес заметил тогда, но лишь улыбнулся, ничего дурного не сказал.
Флягу нахожу быстро. Дальнейший маршрут мне уже знаком - найти свежий лесной ключ, напиться самому и набрать полную баклажку. Чтоб от души.
Потом этой водой я лично промываю каждую рану кукольника. И прежние ожоги тоже. Промываю не раз и не два. Каждый день утром и вечером, и только свежей водой. Фляга маленькая, а ран много, бегать к роднику приходится по несколько раз.
В один из особо тяжёлых для Игната дней я даже плету из соломы куколку. Плету неумело, как получается, и в каждую ее частицу, в каждые скрутку и узелок вкладываю свои пожелания Игнату: восстановления здоровья, сильного красивого тела, стойкого духа, единства с миром и процветания.
Проходящие дни я не считаю, но набегает их прилично прежде, чем Игнат начинает говорить. И первые его слова: "Сожги куклы".
Когда выясняю, какие именно и где они лежат, накрывает страх.
Это куклы из травы. Двадцать в человеческом обличии, ровно столько же - фигурок-лошадей.
Во дворе развожу костер побольше, в нем этим вечером подыхает тайна Игната. Я подкладываю дрова и ни о чем не жалею. Не о чем жалеть. Каждому суждено отвечать по заслугам.
Спустя неделю Игнат уже на ногах. Я пока живу у него, помогаю с хозяйством. Кожа на его теле заживает, силы восстанавливаются.
Так же восстанавливается и наша деревня. Все чаще слышится женский смех, пересуды старух, житейские байки дедов. Пацанва уже не прячется по кустам, мы бегаем по улицам, гоняем домашнюю птицу, дразним собак. Или таскаемся за дедом Игнатом по лугам и лесам, спасаем зверье из силков и капканов, мастерим кукол.
Когда одним светлым днём до наших поселенцев доходит весть о найденном мертвом боевом отряде в двадцать человек и двадцать лошадей, к дому деда Игната устремляется вся деревня. Кто несёт соленья да копчёности, кто - новую рубаху с нарядной вышивкой. Мужчины ставят столы, бабы их щедро накрывают. Праздник жизни завершается только под утро. С первыми лучами солнца расходится вся хмарь и зачинается новый день.
И, может быть, судьбу и силу каждого поселения не предскажешь, зато в своих способностях ты можешь быть уверен.
Ты можешь всё, и даже больше.
Конец