Именно в этот момент, когда Леголас смог атаковать, я метнул свой огненный шар в голову твари. Она не успела уклониться, взрыв сотряс храм, а у меня появилось время. Вновь сущее вокруг меня забурлило событиями, которые я не успевал понять. Сдавленный крик, звук камня, бьющего камень, железный лязг.
Меч был готов, сиял голубым в полумраке храма. Тварь выскользнула из-за угла необычайно прытко. Я сделал обманный взмах, ожидая, что тварь отклонит голову в сторону, и стоило ей мотнуть бошкой, я ударил по черепушке. Но тварь сделала неожиданное — наклонила голову. Меч коснулся плоти, заклинание принялось действовать, резануло череп, уперевшись в жёсткую кость, и по касательной клинок соскочил в пол, раздробив его в мелкую каменную крошку.
Я едва успел выдернуть клинок из камня храма и сделать перекат назад, как тварь вновь сорвалась с места. Фернандо смотрел на меня и губы его шепнули:
— Колдуй.
Он знал, что я его понял.
Леголас кинулся наперерез, но тварь ловко хвостом заставила эльфа отступить и открыла глаза.
Я использовал последний третий поток. Скорость событий вернулась в прежнее русло и в эти пару мгновений Фернандо вскрикнул, вскидывая руки и обращаясь в камень. На лице, обычно безэмоциональном, застыла улыбка.
В моей руке был зачарованный меч, тварь в паре метров от меня, и лишь один удар. Один единственный шанс, после которого чары развеятся и снова придётся бежать, а смерть Фернандо ничего не решит. Я принялся осторожничать.
Тварь знала, что в моей руке, махнула хвостом, провоцируя меня блокировать. Я уклонился перекатом, вскочил на ноги и подпрыгнул, перепрыгивая хвост на обратном ходу. Леголас подобрался ближе, ввязался в рукопашку — с его куртки летели в разные стороны брызги крови, а левая его рука двигалась неестественно. Правой он ловко орудовал кинжалом, не давая твари открыть глаза.
Я прыгнул на колонну, оттолкнулся от неё, перелетел тварь справа. Она встала на две пары задних лап, ударила двумя боковыми. От одного удара я отшагнул назад, от второго не успел и грудь разразилась острой болью, сообщая, что телу скоро придёт конец.
Левая нога на широкий шаг влево. Правая нога на полшага влево и немного вперёд и широкий замах сверху вниз. Тварь поворачивает голову, изгибает шею, пока я делаю свои шаги. Я вижу её взгляд — взгляд разумного существа, совершенно чётко понимающего, что сейчас будет.
Клинок вонзился в шкуру, заклинание активировалось, проходя через каменный барьер, прошло глубже, почти до самой середины. Брызнула во все стороны кровь, тварь завопила и заметалась, вырвав у меня из рук меч. Я завалился к стене и меня неплохо так прихлопнуло хвостом, ломая второй оберег. Магия спасла мой затылок от удара о каменную стену храма.
Я потерял концентрацию и время резко ускорилось. Тварь перестала протяжно вопить и, с последней предсмертной судорогой, свернулась в клубок, замирая. Леголас, лежавший ничком, встал и отряхнулся, осматривая свою левую руку и кривясь. Я разорвал майку, пальцами едва трогая раны — магии нет, просто физическое повреждение, потому и оберег не сработал.
Заклинанием я остановил кровотечение, чувствуя при этом себя весьма вымотанным, но всё ещё живым.
— И что, Фернандо к нам пришёл чтоб помочь и откинуться? — спросил я у эльфа.
Тот без слов пожал плечами.
— Ещё один повёлся на предсказания, только на этот раз ему нагадали, что он не умрёт, — злился вслух я, подходя к алтарю. — А он взял и умер. Идите вы нахер со своими предсказаниями.
Что тут у нас?
Пьедестал с кучкой пепла и свитком. Магии на свитке нет, лишь пульсирующая сила в прахе.
— Время есть? — спросил я у эльфа.
— Рука болит, — отозвался он и отрывисто кивнул, садясь рядом с окаменелым и улыбающимся Фернандо. — Как можно улыбаться перед смертью?
— Ты эльф, тебе не понять.
— Попробуй объяснить. С маэ у тебя хорошо получилось, — похвалил меня эльф.
Я лишь пожал плечами.
— Мне тоже не понять.
— Значит ты эльф больше, нежели человек, — сделал вывод Леголас. — Сколько времени тебе нужно.
— Два… Нет, три часа.
Эльф вздохнул и принялся ждать, а я же составлял и запускал чары проверок всего, чего я только знал. В кучке пепла было что-то, какой-то артефакт, но он не был опасен. Что-то из имдраттоэно и ещё всего понемногу — слишком сложно, чтобы понять хотя бы приблизительно, что это за артефакт. Заклинания определения чар при этом проклятий не обнаружили — всё запускается по воле колдуна, не имеет самоподдерживающихся контуров. Всё чисто. Свиток был лишь с чарами земли для стойкости чернил, не более того.
Взяв с пьедестала свиток, я принялся читать:
— Названный сын Эйвил, Арвин, ты был добр ко всем и особенно ко мне. Подвигам твоим, записанным в Книге Чести, нет числа. Память о тебе будет жить в веках и перейдёт к нашему ребёнку, которого я обещаю выносить. Я отныне нарекаю тебя Альфири. Я, Энлая Альфири, дочь ушедшей Энейи Альфири, принимаю тебя в свой род. Живи в сердцах и умах.
— Они не были предназначены друг другу при жизни, но Энлая избрала Арвина после смерти, — задумался Леголас. — Да и судьба тяжёлая была: без родителей.
— Так, — упёр я руки в бока и скривился, задев рану. — Тебе чтоб стать предназначенным умирать не обязательно, уяснил?
Эльф улыбнулся и кивнул, укачивая поломанную руку.
— Живи в сердцах и умах, — прошептал Леголас, отдавая покойному дань.
— Тут есть ещё что-то, — указал я на продолжение в свитке. — Я, Энлая Альфири, дочь ушедшей Энейи Альфири, исполню последнюю твою волю и покой твой хранить будут Дон и Карающий. Да будет исполнено твоё желание и Карающий перейдёт тому, кто жаждет не убивать, но защищать, сделав из Карающего Защитника. Путник, пришедший сюда и получивший благословение Дона, знай, что имеешь ты право обладать Защитником по воле великого Арвина.
Я провёл рукой над кучкой пепла и та отозвалась тихой волей.
— Тварь звали Доном? — удивился я.
— И мы должны были получить его благословение, — заметил Леголас.
— Ну что ж, что-то пошло определённо не по плану, — пожал плечами я. — Хочешь сунуть в пепел руку и получить Защитника?
— А почему не ты? — поднял бровь Леголас. — Я привык, что все странные штуки у нас тебе достаются, — он указал на кольцо.
— Я не хочу. Мне колец хватает, уже двух, которые иногда меня дрессировать пытаются. Ну так что? Оно может обладать своей волей, так что на твоём месте я бы подумал. Хотя нет, я бы не думал. Я и не думал, надевая кольцо. Так что, может мне забрать?
Я вспомнил, как я душу Сеамни. Вдруг в меня кто-то вселится и даже некому мне помешать будет? А я сейчас нагребу артефактов и вообще никто со мной не справится. Нет, так дело не пойдёт.
— Ты бери, и чтоб с Сеамни ни одни волос не упал, — строго приказал я так, что Леголас нахмурился. — Кто у нас тут защитник?
Хмурый эльф подошёл ближе.
— Уверен? — в последний раз спросил я.
— Если что-то пойдёт не так, прикончи меня.
Он вложил мне в руку кинжал. Я приставил его к эльфийской шее так, чтоб в любой миг можно было одним движением лишить бессмертного жизни. Лишить своего друга жизни? Может всё же не стоит?
— Ле… — я не успел, оставшись стоять с открытым ртом, переведя всего себя в астральный слух.
Эльф сунул руку, пепел взметнулся тучкой от кисти до плеча и исчез, а Леголас сжал руку в кулак, будто бы что-то рассматривая. Я не сразу понял, что стряслось, потому что искал проявления чужой воли, которых здесь не было. Меч воплотился, однако только в астрале. Магическое оружие не имело видимой формы и даже гарды у меча не было, лишь клинок, идущий прямо из кулака. Эльф разжал руку и клинок пропал.
— Ничего не чувствую. Ничего странного, — сообщил мне эльф.
— Тебя не смутило, что оружие невидимое? — слегка удивился я.