Эххх… Дорога предстоит долгая. Заведя машину приготовилась к дальней дороге. После завтра купальная ночь, брат наверняка потащит меня к деду в деревню. Деда я очень люблю, но после истории со Светкиным отцом, мне муторно ездить туда, а в нашу комнату в деревенском доме, вообще заходить не могу. К тому же, нужно наведаться в дом бабы Глаши, последние 15 лет, его снимала семья из Украины, сейчас они переезжают жить на юг, сказали, что нужно сдать нам ключи. В общем, дел в деревне накопилось много и как бы мне не хотелось, ехать туда придётся. Сегодня ночью мне приснился странный сон.
«Как будто я стою на берегу нашего чебаркульского озера, на дворе лето. Небо темное и беззвездное, как в ту роковую ночь. И вдруг от середины озера начинает натягивать плотный туман. Со стороны леса я слышу вой, оборачиваю и в дымке вижу два силуэта, Уголёк и прабабка Аглая, смотрят на меня не отрываясь. Очень медленно, как будто по воздуху они плывут ко мне. А я стою в этом тумане как вкопанная. Вдруг бабка Аглая протягивает руку и кладёт мне на плече, скрипучим голосом говорит:
- готовься Лиса, они идут за тобой. Не разочаруй меня!
Дальше глаза её начинают сверкать зелёным светом. Уголёк завывает так громко, жутко и утробно, что я от этого просыпаюсь!»
Этот сон приснился мне неделю назад, а жуть от него до сих пор пробирает до костей. Бабка Аглая, умерла застав меня семилетней девчонкой, Светки в тот год было пять, помню её старой бодрой сухонькой старушкой. Соседский пацан Петька, дразнил меня всегда, говорил, что баба Глаша такая худая, потому что метла толстую ведьму не поднимет. Я ему сказала, что мыши, которым он отдаёт свои молочные зубы, вылезут ночью из под пола и покусают его пятки. Конечно же, Петькины пятки остались в целости и сохранности. Умер он через 11 лет, в Челябинске, вывалившись пьяным с балкона 5 этажа. Петьку было жаль, у него остался маленький сын и дочка, жена татарка вышла замуж за узбека, уехала в Узбекистан и увезла детей с собой, родители его от тоски по сыну и внукам умерли один за другим.
От тяжёлых воспоминаний меня отвлёк звонок Владислава Александровича, моего шефа. Работаю я в Миасе, в юридической конторе в основном, занимаюсь сделками купле-продажи и бракоразводными процессами, за криминальные дела не берусь принципиально. Походив в университетское время в морг на практику, желание заниматься подобными делами отпало само собой. Когда однажды мы пришли как обычно на вскрытие, увидела труп утопленника, пустые покрытые белой плёнкой глаза, мне привиделось, будто сам дядька Илья смотрит на меня. Так и свалилась там в обморок, однокурсники потом всю неделю прикалывались надо мной. А я поняла, что криминальное право это не про меня.
- Да, я слушаю Владислав Александрович.
- Мария Олеговна, напомни мне, когда у нас суд по бракоразводному процессу Сёминых?
- Через три недели, Владислав Александрович, 10 ноября в 10-00 начало. Документы я подготовила – дело это мне не нравилось, так как главными героями был местный авторитет Владимир Александрович Сёмин и жена его, бывшая эскортница Наталья Цыцова, ныне Эльвира Сёмина. Судя по документам, сменившая при замужестве не только фамилию, но и имя.
Шеф волновался, и я его прекрасно понимала. Защищать интересы бывшей жены Сёмина, крайне опасно. Но так как, я училась с младшим сыном Сёмина в университете на юриста, взялась за дело. В надежде, договориться с Владом полюбовно, без последствий для себя и для юридической компании в которой я работаю.
Похоже, третьей жене Сёмина, придётся вернуться к прежней работе в эскорте. А их двое детей либо останутся с отцом, либо не с чем. Оба варианта так себе для любой женщины. Но моральные терзания меня не мучали, ибо на первом месте для меня была моя жизнь. А Наталья Цыцова, прекрасно знала за кого и зачем шла под венец.