Ходить на работу я привык пешком — уж больно дорога красивая: через Троицкий мост, далее по набережной, под конец прохожу мимо Большого дома, из окон которого Колыма видна…
С регистрацией ничего не получается… Скоро истечёт срок действия паспорта и будет совсем невесело. Уехав в эмиграцию, мне пришлось сдать свой гражданский паспорт. Теперь, чтобы его тут получить, нужно стать фокусником. Аналогичная проблема с регистрацией. Всё запутано между собой и почти что неразрешаемо.
Я только что вылез из ванны, и на попе тут же высыпала сыпь. Ужасно болезненная. Лежу на боку теперь. Хрен знает, что здесь такое с экологией. На улицах дышать нечем абсолютно.
Несколько дней назад, когда снимали во дворе одного дома, произошла нешуточная сценка из реальности. Менты устроили облаву на азеров, но трое из них успели сесть в тачку и попытались на ней смыться. На выезде сбили выскочившего из засады мента, который уцепился за дворники и стал бить автоматом по лобовому стеклу. Не разбил. Хачики умудрились его-таки скинуть резкими движениями. А тот выстрелил по удаляющейся машине и расхуячил той колесо. Короче, чертей этих поймали в паре сотне метров от того места. Такие дела.
Снимаем нечто подобное на плёнку, и тут же аналогичное происходит в реальности. Только у мента того не на шутку дрожали руки после этой истории.
За 11 лет, проведённых в Германии, я абсолютно отвык от холода. Теперь, сколько бы не надел одежды, дрожу…
Ну, вот и добрался я до следующего выходного дня — 3-го за этот месяц.
На прошедшей неделе снимали в «Крестах». Впечатляющее событие. Свет ставили прямо в коридоре между камерами. Из них через смотровые окошки тут же полезли проволочки с крючками, зацепились за защёлки окошек, через которые заключённые получают пищу, открыли их и в проёмах появились головы любопытствующих. Стандартные вопросы: «Чё делаете?», «Как фильм называется?», «Когда покажут?», «По какому каналу?», «Кто из актёров известных?»…
Тюрьма загажена до такой степени, что сложно найти там что-либо не подверженное разложению. На полу лужи от стекающей воды из сгнившей канализации… ну и т. д. по полной программе. По перекрытиям бегают десятки плешивых котов и кошек. Дерутся между собой. Рядом со мной на перилах сидел котяра и смотрел на меня огромными глазами. Я на него. Из соседней камеры услышал вопрос: «Ну, что нравится у нас тут?! Клёво?!.» Я не нашёлся, что ответить… лишь неопределённо покачал головой.
В коридоре десятки непонятных устройств, выпавших из камер — по всей видимости, местная почта и средства её доставки.
Пока снимали, наблюдал развоз еды. Хлеб кладут прямо на ржавые входные ручки.
Обслуживающий персонал — из самих заключённых. Все они — словно под копирку. Стёртые личности. Строгих порядков не заметил. С прогулки зэки приходят не держа руки за спиной, хотя на стене висит плакат, требующий от них этого.
Освещение почти отсутствует. Везде полумрак. Соответственно, когда мы это всё дело осветили десятками ламп — взору предстала разруха невероятная.
Разруха не только в камерах и коридорах, но и в офицерских помещениях. В туалет заходить было до омерзения противно. Туалетной бумаги нет. Вода только холодная. Пока писал, смотрел на огромного дохлого паука в огромной паутине, покрытой пылью…
На входе приходится сдавать всё «лишнее»: мобильники, плеера. Но всё легко можно провезти в машине.
Т.к. мы часто работаем на улице, то и обедаем там же — в полевых условиях, не моя руки — ни перед едой, ни после. Один раз проходящая мимо женщина спросила: «Ой, а это здесь бомжей кормят?!». Неужели съёмочная группа так похожа на бомжей? — задался я вопросом…
Съемочная группа постоянно квасит. Причём группами. Осветители с осветителями. Художники с художниками и т. д. То один, то другой, гляжу, ходит с налитыми глазами. Понятное дело — часто снимаем на холодрыге и сутками, что требует расслабухи и сугреву. Выпиваем и всем коллективом — есть тут такая традиция: пить за сотый, двухсотый и трёхсотый кадры. Плюс дни рождения…
После окончания первого проекта пошёл со студии домой пешком. Был абсолютно пьян. Захотелось отлить. Спустился к Неве. Стоял очень долго писающим мальчиком, пытаясь сфокусировать взгляд на легендарном крейсере «Аврора». Впервые пришла мысль: вот я и дома!.. «Иностранец в родном городе».