— Я не уверена, что могу об этом говорить. Всё-таки это её мать.
Берна понимающе кивает. И тут же просит Льяту познакомить её с Кери. Льята представляет, как сестричка будет «рада» провести несколько часов в компании Берны, и обещает что-нибудь придумать. Разговор прерывает Фло, которая принесла дымчатый чай. Льята разливает напиток по чашкам, попутно рассказывая, как по осени местные жители собирают созревшие плоды Алой Печали, сушат их над огнём, а после заваривают в особенно жаркие дни. Берна опасливо косится на чашку, но Льята отмахивается от её страхов, заверяя подругу, что плоды, в отличие от цветов - безвредны.
С Кери Льята сталкивается на кухне уже вечером, что довольно-таки странно. Обычно сестра старается не бывать там, где можно случайно наткнуться на кого-либо. Особенно на прислугу.
— Как хорошо, что я тебя встретила! Подниматься к тебе под крышу ещё раз мне совершенно не хочется.
— Ты меня искала? — сестра смотрит удивлённо. — Думала, ты ещё не один день дуться будешь.
— Не буду, если сделаешь кое-что, — обещает Льята. Мысленно улыбается, видя настороженный взгляд. — Рийси попросила меня отнести письмо Тисс. Я понимаю, что ты против того, чтобы я разговаривала со старухой, но я никак не могу отказать Рийси! Ты должна это понять! Я и разговаривать с Тисс не стану. Просто отдам письмо. И всё! — Льята опирается бедром о стол. Кери молчит, чуть склонив голову набок. Пока не ругается. Значит, можно продолжать. — Но. Я не могу оставить здесь Берну совершенно одну! Её брат чем-то занят вместе с нашим папой, матушка завтра идёт в храм, и мои подруги тоже. Берна сказала, что в храме ей делать нечего, потому что они везде одинаковые и там скучно. Кроме того, она хотела с тобой познакомиться. Ты не можешь отказать, Кери! Это же ненадолго!
— Я и не знала, что ты умеешь так быстро говорить! — сообщает Кери. Она набирает воду в высокий прозрачный кувшин, прихватывает миску с кислющими светло-сиреневыми ягодами, которые никто, кроме неё, в доме не ест, и направляется к выходу. У двери оборачивается. — Надо же! Что-то общее у меня с твоей подругой есть… я про храм, если ты не поняла. Я правильно тебя понимаю — ты обещаешь не вспоминать про утреннюю размолвку, если я завтра присмотрю за твоей подругой? Хорошо.
Кери покидает кухню, не сказав больше ни слова.
***
Мира отдёргивает руку от дерева-стража. Морщится и внимательно рассматривает ладонь. Но ничего необычного в ней не видит. Лишь прилипшая сосновая чешуйка — вот и всё. Так почему же при прикосновении было больно? Мира осторожно дотрагивается до сосны, но на этот раз ничего не чувствует. Показалось? Она недоверчиво косится на дерево, потом усаживается между корней, прислонившись к стволу спиной. С деревом что-то не так, Мира готова в этом клясться. Только вот…
Шорох шагов заставляет поморщиться — кого и зачем сюда принесло? Мира чуть поворачивает голову и видит дочь тёти Ружаны, Яру. Которая с недавних пор не желает называться сестрой. Пусть и двоюродной.
— Здравствуй, Ярана, — дружелюбно улыбается Мира.
— Мира? Что ты здесь делаешь? — произносит Яра прежде, чем вспоминает, что обещала больше никогда не говорить ни с кем из семьи Ассано. — Впрочем, можешь не отвечать — меня не интересуют твои дела!
— Ой, Яра, хватит уже! — фыркает Мира. — Я не Кери. На меня можешь своё презрение не тратить.
— Ты её сестра.
— Которая ничего о планах бабушки не знала, — напоминает Мира, почёсывая ладонь. — Я ни в чём перед тобой не виновата, между прочим.
— И ты для этого меня сегодня выслеживала? — уточняет Яра, накручивая на палец кончик косы.
— Я тебя не выслеживала, — пожимает плечами Мира. Она вновь рассматривает ладонь, но опять ничего не видит. — Я сюда уже дней пять прихожу, если хочешь знать. Тут редко кто бывает, а дома сейчас находиться совершенно не хочется. Знаешь, с этой свадьбой там все с ума посходили! У всех только и разговоров про обряды, наряды и прочее… а ведь она будет не раньше осени!.. Прости, я не хотела, — виновато заканчивает она, видя, как помрачнела Яра. — Я это к тому, что здесь меня хоть никто не трогает и не заставляет ничего делать. Я не хотела тебя расстраивать.
— Ты не можешь меня расстроить, — вздыхает Яра, усаживаясь рядом. — Я понимаю, что ты ни при чём. Просто… просто почему ты не встала на мою сторону тогда? Уж ты-то прекрасно знаешь, что правда за мной.
— Я и на её сторону не вставала, — замечает Мира. — Да и толку? Бабушка же всё решила. Кери вряд ли сумеет что-то изменить. Даже если захочет. Но ты как будто не знаешь Кери! Ей же просто всё равно. Думаешь, ей есть хоть какое-то дело до того, что у её жениха (и в скором времени — мужа) есть другая? Наша с тобой сестра — существо бесчувственное. Прям, как бабушка.