— Вот уж не думала, что это вас так заинтересует! — качает головой Керья. — Там ничего интересного нет, правда. Просто кое-кто считает это невероятным позором, да и вообще… я бы и вовсе об этом не упоминала, не будь для неё это так важно, — Керья ненадолго замолкает, но потом всё же рассказывает, — Рийса всегда была любимой папиной дочкой. Она младшая в семье и при родах чуть не умерла, насколько я знаю. Поэтому ей всегда многое позволялось. Ну, и она считала своего отца идеальным. Образцом во всём. А потом узнала, что у её обожаемого папы много лет была любовница из простолюдинок. Она, кажется, была служанкой в их доме какое-то время… Да ещё и родить потом ухитрилась. Банальнейшая история! Вы знаете хоть одного аристократа, у которого бы не было любовницы? И ладно, если одной? Но вот для Рийси это оказалось серьёзным потрясением. А я — незаконнорожденная. И почему-то Рийси решила, что именно я… вы понимаете? — Керья останавливается около тополя с пожелтевшими от жары листьями. Берна только и может, что понимающе кивнуть. Рийса. Как же это глупо! — Кроме того, их семья переехала в Севре около пяти лет назад. Как раз после того, как вся эта история со служанкой открылась… Они до сих пор здесь чужаки, пусть наше высшее общество и приняло их. И они не понимают многое из того, что является важным для жителей Севре. Например…
— Например — колдуны?
— Они — единственные, кто способен помочь людям, когда приходит беда. Мой отец и подчинённый ему маги, конечно, на многое способны, но они редко покидают город. А разбросанных в округе деревушек столько, что жалкая горстка королевских магов не сможет помочь всем. Особенно в таких вещах, как целительство, заговоры на урожай и прочее. Королевским магам… им подобное неподвластно. Ну, по крайней мере тем, кто согласился жить в Севре — всё же я не могу говорить за всех. Так вот. Всем этим занимаются колдуны. Да и обережь создавали никак не королевские маги. Отец, конечно, поддерживает её… что-то там меняет, но основа была создана в Ли-Лай. Я не хочу сказать, что против тварей маги бесполезны — это не так. От них столько же пользы, сколько и от колдунов. То есть — практически никакой. Порождения той стороны не подвластны тем, у кого горячая кровь. И умирают твари, насколько я могу знать, крайне неохотно. Но к колдунам в Севре привыкли. Они часть этой земли. Рийса отказывается это понимать.
— Если она не местная, то, скорее всего, выросла там, где…
— Есть только королевские маги. Да. Я тоже так думаю, — кивает Керья, не сводя взгляда с белоснежных цветов далеко вдали. — И даже не стала бы на неё обращать внимания. Мали ли какие заблуждения у человека — это всё только её личное дело. Особенно, если учитывать то, что вся её семья только и думает, как бы подвинуть колдунов Ли-Лай с их места… и не только они, на самом-то деле… Но это не означает, что… В конце концов, она всего лишь подруга моей сестрички. Я не обязана поддерживать с ней какие-либо отношения. Но ведь Рийси сама всегда начинает ко мне цепляться… ну, почти всегда… а я не настолько хороший человек, чтобы удержаться от ответа. И зачем ей это только нужно?.. Берна, вы не возражаете, если мы здесь расстанемся? Я хотела бы пройтись. И мне почему-то кажется, что вы не оцените прогулку по такой жаре за пределами города. Там защиты от аромата Печали не будет. В отличие от города.
— О, я совершенно не возражаю. Тем более, что я узнала всё, что хотела. Я смогу по этой дороге добраться до вашего дома?
Выслушав объяснение, как можно быстрее вернуться отсюда к дому, Берна желает Керье хорошего дня и, понаблюдав за удаляющейся прочь из города сестрой Льяты, шагает по дороге, надеясь добраться хотя бы к ужину.
***
На площади сегодня слишком много народу. Оно и понятно — все готовятся к Лебединой Ночи. Уже развешаны гирлянды живых цветов, непонятно как уцелевших в этой жаре. Вот правда — Кери даже не пытается представить себе, откуда взялись эти цветы. Не маги же ими занимались?! На восточной стороне площади устанавливают столы. Берна с любопытством вертит головой, стараясь рассмотреть всё вокруг. Ну да. У них в… Дайвеге?.. такое не празднуют. Наверное, ей непривычно.
— Странно, что вы не отправились сегодня в храм, — произносит Берна.
— Храм сегодня вообще никого не впускает, — объясняет Шани, стоящая ближе всего. Остальные девушки уже успели уйти далеко вперёд. Как и старшие дамы. Последние, впрочем, успели уйти в совершенно другую сторону — Кери отсюда видит мелькающую на противоположной стороне площади фиолетовую шляпу тётки Лейги. И как она только носит подобный ужас?! — Жрецы не признают Лебединую Ночь, но запретить её не могут. Поэтому всё, что им остаётся — делать вид, что ничего не происходит.