— Было бы странно не узнать. Слуга Шайн…
— Тогда ты прекрасно понимаешь, что с тобой будет дальше, — существо явно улыбается сейчас. Рийса чувствует эту улыбку в голосе. Пусть даже и голоса нет как такового. Рийса вцепляется в плечо Тайра. Тот лишь ободряюще улыбается. Существо делает неопределённый жест рукой, и тварь мгновенно оказывается подле него. Она довольно жмурится, подставляясь под жёстко треплющие её пальцы.
В этот момент Тайр резко отталкивает Рийсу. Она не удерживает равновесие и падает на землю, видимо, лишь чудом ничего не сломав. Поднявшись на ноги, она на мгновение задерживается на месте, но повинуется крику любимого и срывается на бег. Рийса не представляет, куда ей бежать. И есть ли в этом смысл. Но она бежит изо всех сил. Падает и вновь поднимается. Не обращает внимания на то, что сбивается дыхание и колет в боку. И старается не думать о том, что сейчас происходит с Тайром. Впереди показывается поле, заросшее алыми цветами, и Рийса застывает. Печаль!
За спиной слышится шорох шагов и ворчание. Рийса сжимает в руке поделку Тисс, но понимает, что тот не действует — тварь тыкается носом в ладонь, обдавая дыханием. Потом прокусывает её, от чего амулет, окрасившийся кровью, падает на землю, и тащит Рийсу назад — к карете. Рийса кричит от боли. Спотыкается и следует за тварью.
Тьма почти равнодушно наблюдает за тем, как художник захлёбывается собственной кровью. Скука. Тварь играючи вырвала руку из плеча и с хрустом разгрызла. Кажется, это произвело не художника неизгладимое впечатление. Ну, тьме так кажется. Художник всё ещё жив, несмотря на потерянную конечность и распоротый когтями живот, из которого вывалились кишки. Тьма брезгливо отступает на пару шагов, чтобы расползающаяся лужа крови не коснулась обуви, и усиливает чары, поддерживающие в художнике жизнь. Нужно, чтобы тот дождался свою подружку. Ведь это же так романтично — умереть, видя глаза возлюбленной! Тьма фыркает, позволяя твари сделать ещё один укус. Тварь подхватывает вывалившиеся кишки и тянет на себя. Кишки разрываются, добавляя своё содержимое к луже крови. Художник заходится криком. Тварь глотает добычу и облизывается.
И всё же… это же надо было! Встретить здесь этого художника! Что он забыл в такой глуши? Неужели и из… куда он там после Дайвега подался? В Нахош?.. Неужели и оттуда его изгнали?
— О чём ты думал, когда решил покинуть город? — интересуется тьма, с любопытством разглядывая художника. — В самом деле считал, что та игрушка вас защитит?
— Ведьма… дала… слово, что…
— Поверь, ни одна ведьма не создаст защиту от существ с той стороны! — смеётся тьма. На мгновение вспоминает обережь и поселение местных колдунов и нехотя признаёт, что — да, может быть и такое. Но не в одиночку. И вряд ли стоит сообщать подобное художнику. Всё равно подобная информация никак ему не поможет… Тварь, повинуясь щелчку пальцев, вгрызается в бок. Раздаётся хруст рёбер. — Это я тебе как слуга Шайн говорю.
Около кареты раздаются шаги. Тьма отвлекается от художника и магией поднимает его подружку наверх. Вряд ли та смогла бы сама забраться. Всё-таки — девушка… Выглядит она неважно. Вся в пыли, платье местами порвано. Всё заляпано кровью. Рука раздроблена клыками твари. Что ж… она девчонке всё равно в ближайшее время не понадобится.
— Как хорошо, что вы вернулись, хагари, — скалится тьма. — Мне показалось, будто бы вы решили нас покинуть. Это ведь не так? — Девчонка не отвечает, во все глаза рассматривая своего любовника. Эх… Людишки! Тьма жестом отзывает отирающуюся о ноги девчонки тварь. Тварь неохотно подчиняется. Девчонка подлетает к художнику и падает в лужу крови, кажется, даже не заметив этого. Дрожащими руками гладит любовника по щекам и что-то шепчет. Тьма не прислушивается. И так понятно, что какой-нибудь любовный бред. — Вы совершенно зря решили сбежать. Так не поступают по-настоящему любящие люди, знаете ли. Как вы могла бросить своего возлюбленного?! Я предположу, принимая во внимание ваш юный возраст, что вы просто не подумали об этом. Что ж. Можете поблагодарить меня за моё решение исправить ситуацию.
— Зачем? Зачем это… что мы вам сделали?! — оборачивается девчонка. Тьма любуется восхитительной смесью ужаса и отчаяния на её лице. Прелестно!