Кери вытаскивает крючок. Подцепляет пару ближайших нитей магии и провязывает их, вплетая в собственную магию. Подвязывает получившийся узелок к волосам, после чего спокойно входит в заросли Печали, совершенно не обращая на цветы внимания. Как просто!.. Если не вспоминать про приписку на полях, сообщающую, что уже к утру от таких чар даже дышать от боли получится через раз… А, не всё ли равно! От яда это, конечно, не спасает — кожу рук жжёт там, где на них попадают слёзы. Остаётся только шипеть, ведь идти осторожно не выходило и в более спокойной ситуации, чем нынешняя. Кери бежит, наплевав на то, что это не к лицу дочке мага. И лишь старается уберечь глаза от попадания слёз. Сейчас яд уже набрал силу — на руках ожоги сойдут не скоро.
Поле заканчивается неожиданно — Кери даже не успевает понять, как это она ухитрилась так быстро оказаться на опушке. Она торопливо прикладывает ладонь к стволу ближайшей сосны, мягко отклоняя желание леса поделиться последними новостями. Прости, но сейчас совершенно не до того. Кери почти влетает на постеленную тропу, чувствуя обиду леса. Остаётся надеяться, что получится потом вымолить у него прощения за невнимательность. Тропа сегодня мгновенно подхватывает, так что остаётся лишь позволить ей нести себя. Кери не сомневается, что попадёт туда, куда надо. Тропа любит её… в отличие от хайн… Вспомнив о том, что ожидает впереди, Кери кривится. И ведь этого никак не избежать. И назад не повернёшь — хайн будет и там. Как будто бы в противном случае Кери бы сейчас вернулась! Перед глазами ясно встаёт видение руки, сжатой в кулак, и куски плоти, падающие на траву… раньше они были сердцем… Пусть сон будет лишь сном! Ей ведь действительно никогда не снились вещие… Кери резко останавливается, заметив впереди хайн. Быстро сегодня. Сегодня всё быстро. Как будто мир сам её торопит. И хайн сегодня ведёт себя непривычно мирно — не пытается ощетиниться иглами, и вообще выглядит так, как и должно. А именно — серебристо-зелёный сгусток магии. Таким Кери его видела лишь тогда, когда шла тропой в компании кого-нибудь. Для неё самой хайн такой облик ещё никогда не принимал.
— И ты пропустишь меня без своих обычных штучек? — недоверчиво спрашивает Кери, осторожно вытягивая руку вперёд. Кожу приятно обволакивает прохладой, а уже через мгновение Кери стоит на самом краю поляны. Той самой, что видела во сне. Только сейчас здесь полно людей.
— Керья? — Кери оборачивается на оклик. Бабуля… хотя нет… хагари Гильетт. Сегодня это именно хагари Гильетт. — Что ты тут делаешь?
— Мне сон был, — отвечает Кери, почтительно опуская взгляд в присутствии старшей ведьмы семьи. — Меор?..
— Мёртв, — подтверждает Гильетт. Так, значит, сон был верным. Кери стискивает руки в кулаки, комкая ткань юбки. Но ведь ей и правда никогда не снились вещие сны! Как же?.. — Я бы не советовала тебе смотреть на него. К тому же, ты и так знаешь, что там. Раз уж тебе сон приснился.
— И всё-таки.
Кери решительно подходит к скоплению людей. Первое, что бросается в глаза — разметавшиеся волосы. Сейчас, в предрассветной темноте — и какое дело до светящихся шаров, висящих неподалёку? Они лишь нагоняют больше мрака! Высвечивают отдельные участки, но и только… — их цвет неразличим… медно-рыжие при свете дня… Кери когда-то мечтала о таких. Меор. Ужас и боль, исказившие лицо. Кровавая каша вместо горла — Кери с трудом заставляет себя смотреть дальше. Развороченная грудь. А сердца нет. Сердце было раздавлено чьей-то рукой с острыми чёрными когтями. Меор… как… как это? Ты… как ты посмел умереть?! Тем более — так?! Кери делает шаг назад и налетает на кого-то. Оборачивается и видит хагари Гильетт.