Нейлор делает глубокий вдох, стараясь прогнать вечерней прохладой память о затхлости дома ведьмы. Уже совсем стемнело. Вокруг нет ни души — даже здесь, под защитой обережного круга, люди боятся оказываться за пределами домов после захода солнца, делая исключение лишь для Лебединой Ночи. Хотя, насколько Нейлор знает, стены домов не станут для тварей серьёзной преградой. Но в данный момент он даже рад подобному поведению горожан — видеть сейчас хоть кого-то нет никакого желания. Не после общения со старой ведьмой. Нейлор неспешно шагает по дороге, наслаждаясь прохладой. Надо же! Стоило провести всего несколько дней в удушающей жаре, чтобы начать с теплотой вспоминать родной город. А ведь он всегда терпеть не мог туманы, заполняющие ущелья Дайвега… Что ж. Пекло Севре гораздо хуже. Хорошо, что погода сменилась.
В дальнем конце улицы показалась человеческая фигура. Из-за сумерек Нейлор даже и не пытается разобрать, кто это. Да и не так уж это и важно. Нейлор вновь погружается в размышления о том, что происходит в городе, но ненадолго. Неизвестный человек, проходя мимо, случайно задевает его плечом. Извиняется, заставляя обратить на себя внимание.
Тёмные волосы, слишком светлые глаза, смуглая кожа… откуда?.. откуда он здесь? Или же… Нейлор оборачивается, но на пустынной улице никого нет. Нейлор до боли в глазах всматривается в сумерки, но так никого и не видит. Неужели показалось?.. Что — и прохожий тоже привиделся? А, впрочем…
Нейлор трёт лицо ладонями, не позволяя ощущению облечься в слова. Не стоит об этом. Если это действительно то, о чём ему не хочется думать, то встреча рано или поздно состоится. Раз уж он… оно позволило себя увидеть.
Нейлор вздыхает и ускоряет шаг.
***
Тьма неспешно прогуливается по улицам Севре. Городок не может похвастаться хоть сколько-нибудь запоминающейся архитектурой. Таких городишек тьме попадается бесчисленное множество. В разных уголках королевства. И даже в разных странах. Но уж такой город, как Севре мог бы хоть как-то выделиться! Но нет. Унылый провинциальный городишко, где даже защиту от таких, как тьма, поставить толком не могут. Ведь не думали же местные колдуны, что вот эта вот обережь станет серьёзной преградой? Тьма презрительно фыркает. Хотя, надо признать, что собственное поселение они защитили намного лучше. Настолько, что приходится сегодня гулять по городку.
Как всё-таки удобно, что местные жители не высовывают носа после наступления темноты! Тьма равнодушно рассматривает домики бедноты, расположенные по обе стороны от дороги. Серые, скучные. Жалкие. Как и людишки, ютящиеся в них. Тьма движется дальше. К дому, расположенному почти на самой границе обережи. Там, за его стенами, если прислушаться, заполошно бьётся чужое сердце. И магия толчками выплёскивается в окружающий мир. То, что надо! Пора познакомиться с городской ведьмой. Раз уж лесные колдуны отказывают тьме в такой любезности…
Тьма проскальзывает сквозь калитку, не потревожив ни единой ниточки опутывающих её чар. Пёс и ухом не ведёт в сторону странного гостя. Тьма бросает на него короткий взгляд, думая, что тот на редкость счастливое животное — привести в город тварей пока не получится. Это не то, что шагать сквозь обережь в одиночку. Псу повезло — он останется жив. В отличие от хозяйки.
Тьма распахивает дверь и чудом ухитряется устоять на ногах, когда пожилая женщина вылетает на порог. Тьма не даёт ведьме упасть, попутно отметив увесистый узел у неё в руках. Ведьма уезжает? Это вряд ли. Тьма ведь так хочет поговорить с ней! Губы растягиваются в довольной улыбке, когда тьма чувствует ужас ведьмы.
***
Льята недоумённо рассматривает приоткрытую дверь, не решаясь пройти внутрь. Почему-то ей совершенно не хочется знать, что там, в доме. Хотя, казалось бы, что такого можно увидеть в жилище ведьмы, где уже не раз приходилось бывать? Но только вот почему-то ноги отказываются шагать. Льята нервно выдыхает, озирается по сторонам, надеясь сама не зная на что. Только вот нет ничего вокруг такого, что могло бы ей помочь. В крохотном дворике ведьминого дома пусто. Лишь собачья будка. Пёс, кстати, и не думает высовывать свой нос наружу. Хотя Льята его понимает — накрапывающий дождик заставляет зябко ёжиться и мечтать о возвращении жары… И всё-таки. Стоит зайти внутрь. Тем более, что старуха сказала прийти утром, а сейчас уже полдень. Льята решительно шагает вперёд и тут же замирает. Внутри всё перевёрнуто вверх дном. Льята проходит в кабинет, где видит ещё больший беспорядок. Стол перевёрнут, полки валяются на полу вместе с тем, что на них стояло. На полу видны какие-то бурые пятна. Что здесь случилось? Льята поднимает единственный уцелевший стул и садится на него. И что теперь делать?
— И что ты забыла в доме Тисс, сестричка? Рассказывай, — раздаётся голос сестры, от чего Льята едва не падает со стула. Она вертит головой, но Кери не видит. — Я тебя предупреждала, что обо всём расскажу отцу, если ты не прекратишь лезть в то, что тебя не касается?.. Или хагари Лайгане… Это уж кто мне первым встретится.
— Это касается Рийси, а значит и меня, — отвечает Льята, продолжая выискивать Кери. — Кроме того, я обещала тебе забыть о том разговоре, если ты помнишь. Так что… И, знаешь, Тисс сама назначила мне встречу.
— Это о котором разговоре? Где я обещала рассказать твоей матушке? — уточняет Кери. — Допустим. Но второй разговор был позже. Его ты уже отменить не можешь. Понимаешь? И… правда? Тисс тебе обещала разговор? Это после того, как Совет Ли-Лай запретил колдунам вмешиваться в то, что вокруг творится? — сестра насмешливо фыркает. — Никогда не поверю, что эта трусливая баба в состоянии пойти наперекор Совету.
— Она пригласила меня, значит, у неё хватит храбрости на этот твой «совет», — Лья выпрямляется, стараясь позой подчеркнуть сказанное. — И почему это они так решили?
— Откуда же мне это знать? Совет не снисходит до простых смертных. И будь я хоть трижды внучка хагари Гильетт, это ничего не меняет. Колдунам запрещено соваться в город, пока тут ошивается ищейка магов… это я про брата твоей подруги говорю, если ты не поняла… запрещено лезть в историю с тварями. Вот и всё.
— Какая прелесть, — презрительно цедит Льята. Брат Берны — ищейка магов? Что это значит? Хотя… не всё ли равно? Он помогает в поисках способа остановить убийства, так какая разница? — Твои родичи, значит, решили отсидеться в лесу? Когда людям нужна их помощь?! Как это низко!
— Ой, да ладно тебе… — Кери явно сейчас картинно морщится. Льята уверена в этом, пусть и не может видеть сестру. И как только у Кери получатся так общаться? — Тебе ведь нет никакого дела ни до простолюдинов, ни до морального облика жителей Ли-Лай. Тебе просто обидно, что Тисс тебе ничего не расскажет. И придётся тебе довольствоваться тем, что есть. И надеяться на то, что наш непревзойдённый Аран Сайл сумеет во всём разобраться. Так? А, ну ещё найти Таго…
Льята фыркает, но ничего не отвечает. Всё равно сестру не переубедить. Льята встаёт со стула и вновь прохаживается по комнате. Чтобы хоть как-то себя занять, она поднимает с пола разные предметы, вертит их в руках. Потом аккуратно ставит их на единственную оставшуюся на стене полочку. Где же Тисс? Льята вздыхает и поднимает очередную вещицу. Стоило бы, наверное, покинуть дом старухи и вернуться домой, пока сестричка и правда не рассказала всё матушке, но Льяте почему-то совершенно не хочется этого делать. Она опять усаживается на стул и прикрывает глаза. Но тут же распахивает их, услышав смешок над ухом.
— И в кого ты такая? Вроде бы родители твои в авантюрах никогда замечены не были… Ладно я — моя… хагари Шианн, говорят, всякое творила в юности, но ты-то! — Кери с преувеличенной серьёзностью рассматривает Льяту, от чего той очень хочется сделать любимой сестре какую-нибудь гадость. Только вот в голову ничего не приходит. Кери шагает к перевёрнутому столу и замирает. — Рассказывай, что чуешь, Меор. И побыстрее. Я не собираюсь тратить на это весь день.
— Боль. И страх. Извини, но город заглушает всё, — виновато произносит спутник сестры, даже не подумав хоть как-то отреагировать на то, каким тоном с ним говорит Кери. На месте этого рыжего парня Льята бы возмутилась: так Кери даже с прислугой никогда не разговаривала! Почему он это терпит?