В общем, Белиджа выбрала идеальное место, чтобы её никто не трогал. Соседи шарахались от новой жительницы, звали её ведьмой, что немного веселило принцессу. Веселило безнадёжным, горьким весельем, которое чувствует человек, когда его жизнь полностью на дне. В такие моменты каждое дополнительное невезение уже не вызывает боли, а лишь обреченный, иступленный смех. "Должно быть, так люди и сходят с ума", - думала про себя Белиджа.
Живот снова заурчал. Голод будто ржавой кочергой прогонял прочь философские мысли и возвращал в реальный мир.
- Сегодня наберу полную корзинку и наемся до отвала, - облизнулась принцесса.
Дороги Города Сердец были оживленными. По мостовым мчались повозки, скрипели телеги и толкались люди, спешившие по своим делам. Столица Королевства Любви кипела спозаранку. Цветочницы носились во свежими букетами и ленточками, а пекари уже испекли первую порцию булочек в форме сердечек.
Королевство Любви было самым праздничным и романтичным из всех. Здесь проводили свадьбы, медовые месяцы и ритуалы примирений жители со всего Квинтариума. Вдоль улиц пышно цвели красные розы, повсюду журчали фонтаны и возвышались изысканные статуи.
Вместо голубей над королевством летали златокудрые амурчики с малюсенькими луками. Приезжих умиляли эти пухлые ангелочки, и лишь коренные жители знали их истинный характер.
Перед Белиджей шагала парочка приезжих: толстый фермер с такой же крупной женушкой. Немолодые, в соломенных шляпах, они держались за руки: должно быть, прибыли в город, чтобы отметить годовщину. Внимание мужа привлек пухлый амур, который дремал на бортике уличного фонтана.
Здоровяк подошёл и ущипнул малыша за щёчку:
- Ути-пути! Какой славный.
Амур разлепил глаза и схватил дяденьку за воротник:
- Слышь, сопляк! Мне пятьсот лет! – хриплым басом заявил карапуз. – Уважай старших, а то прострелю тебе пятку!
Амур угрожающе погладил лук, висящий на спине.
- Из…извините, - перепугался фермер.
- То-то же! – амур отпустил бедолагу, перевернулся на другой бок и снова захрапел. Фермер схватил женушку под локоть и поторопился вглубь торговых улиц.
Белиджа еле сдержала смех. Да уж, не зря местные жители упоминают амуров в пылу отборной ругани. Эти древние существа – официальные представители любви – самого беспощадного и мощного чувства в мире. Чего еще от них ждать?
Белиджа повернула на центральную улицу. Мостовая здесь была выложена цветными плиточками. Розовая полоса в центре – для проезда вельмож, две серые по бокам – для остальных горожан.
- Расступитесь! Расступитесь! – послышались благоговейные возгласы простолюдинов.
По розовой дорожке ехали три фрейлины на белых лошадках. Сидя в дамских сёдлах, придворные красавицы переговаривались, хохотали и строили всем глазки. Девушки были одеты в модные платья для верховой езды: со стоячими воротничками, рядами золотых пуговок и драгоценными застежками на талии.
Толпа завороженно застыла. Мужчины от мала до велика уставились на красоток, разинув рты. Парни восхищенно перешептывались, не забывая приосаниться и расправить грудь колесом. Даже женщины засмотрелись на фрейлин, внимательно изучая их наряды.
- Какие невесты! – заключили старушки-торговки, прищурив морщинистые глазки.
Только Белиджа не разделяла всеобщего восторга. Бывшую принцессу кольнула зависть. В памяти пронеслись все балы, церемонии и фестивали, где она была главной звездой.
- Я тоже была красивой! – пробубнила Белиджа. – У меня были наряды ещё роскошнее!
Старушки посмотрели на неё, как на спятившую. Одна из них протянула Белидже корзинку:
- Скушай яблоко, бедняжка. Совсем умом тронулась от нищеты.
- Ненавижу яблоки, - нахмурилась Белиджа.
Она протиснулась сквозь толпу и направилась к рынку. Над головой зависла мрачная туча раздумий. Когда-то Белиджа была красой всего королевства. Принцы Квинтариума валялись у её ног и признавались в любви, называли красавицей, богиней, ангелом, сошедшим с небес.