— Нет, никогда, — спокойно ответил я.
Доктор слегка приподнял бровь и взглянул на результаты моих анализов на экране.
— Дизайнерские пробовали? Или соль, может быть?
Я немного растерялся, не понимая, при чем тут одежда и соль.
— Ну ко всему дизайнерскому я спокойно отношусь. А соль… — я пожал плечами. — Кто ж ее не любит. Соль употребляю, хотя диетолог запретил.
Нарколог резко поднял на меня подозрительный взгляд. В комнате повисла напряженная пауза.
— А вы бы хотели соль употреблять? — осторожно спросил он, наблюдая за моей реакцией.
— Конечно хотел бы, кто не хочет. Но соль я пока не могу позволить…
Слегка смущал его строгий взгляд и са-а-амую малость дебильные вопросики.
— И как часто употребляли до того как диетолог запретил? — голос врача стал ледяным и осторожным.
— По желанию, когда хочется, — пожал я плечами.
Врач нервно оглянулся на дверь, потом снова пристально посмотрел на меня с явно нарастающим подозрением.
— Вы точно понимаете, о чем мы говорим?
Я нахмурился, чувствуя, как растет недоумение.
— Конечно. Одежда там… ну и соль обычная… на знаю, пищевая.
— Одежда? Пищевая соль? — почти вскрикнул врач, теряя самообладание. — Вы что, издеваетесь надо мной?
Я немного растерялся, пытаясь понять, в какой момент наш диалог свернул не туда.
— Извините, я правда не понимаю, в чем дело. Вы соль не употребляете? Одежду не носите?
— Не понимаете? — раздраженно и резко повторил врач. — Вы или смеетесь надо мной, или сознательно пытаетесь скрыть факт употребления. Я не могу допустить вас к бою.
Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Неожиданно как-то, как первый снег.
— Подождите, это какое-то недоразумение, — произнес я.
— Дизайнерские наркотики, синтетика, соли… вы что, правда не понимаете?
Глава 3
— Черт, так вы про наркотики? — изумился я. — Нет, конечно, ничего такого я не принимаю… Я-то думал, вы о дизайнерской одежде говорите, про соль в пищу…
Врач еще несколько секунд молча смотрел на меня. Видимо оценивал мою искренность. Теперь понятно почему он счел, что я над ним наглым образом издеваюсь.
— То есть вы действительно никогда не сталкивались с этим сленгом? — наконец, спросил психиатр.
— Никогда, — заверил я. — Знаете, уважаемый, я то из зала выхожу только для того, чтобы выспаться. Извините, но мне как-то не до сленга.
Таких слов я действительно не знал. Впрочем, «соль» и «дизайнерские» наркотики были далеко не единственными ноу-хау, с которыми мне пришлось столкнуться в 2025-м году.
Психиатру явно не нравилось происходящее. Он заерзал на стуле, уставился в экран монитора и, похоже, всё-таки счел, что я над ним издеваюсь.
— Знаете что, будь у вас в анализах хотя бы малейшее отклонение, и я бы не допустил вас, — недовольно проскрежетал он.
— Послушайте, — жестче ответил я. — Мы все-таки в кабинете у психиатра нарколога, а не на лавочки у подъезда. У вашей соли и дизайнерских наркотиков наверняка есть иные названия, которыми они обозначаются в официальной документации. Поэтому… давайте не будем. А то я ведь тоже могу не так понять. Например, почему в кабинете у специалиста мы разговариваем на молодежном сленге.
Психиатр помолчал, только недовольно горло прочистил. Мужик явно не хотел ставить печать на моей карточке.
Я терпеливо ждал итогового решения. Оставалось понять — пойдет врач на принцип или нет?
— Ну ладно, молодой человек. К бою я вас допущу, — нехотя заявил он. — Но впредь будьте осторожнее с формулировками, а то кто-нибудь не так поймет.
— Спасибо, — сказал я, быстро вставая. — Вопрос можно?
— Задавайте, — буркнул психиатр.
— А вы кого-нибудь сегодня не допустили? — спросил я.
Он пробуравил меня взглядом, будто ожидая подвох.
— Все годны, — наконец сказал психиатр. — Вы с какой целью интересуетесь, молодой человек?
Я не ответил. Не знаю, как можно было не заметить, что тот паренек с резиновым хреном обдолбанный. Ну и ладно, не мое это дело в конце концов.
Выйдя из кабинета психиатра, я вернулся, а начало коридора. Там снова оказался перед знакомой дверью терапевта. Позади остались отоларинголог, офтальмолог, стоматолог, кардиолог, хирург и даже этот странный разговор с психиатром наркологом, который чуть не стоил мне допуска.
Вообще, положа руку на сердце, некоторые «психи» производят такое впечатление, будто им самим нужно лечится в дурдоме.
Как бы то ни было, на руках у меня небольшая кипа бумаг с распечатанными результатами обследований.