В этот момент как раз подошёл Саша Козлов. На нем уже была такая же майка, как у всех членов команды. Он переминался с ноги на ногу, явно нервничал, чувствуя себя не в своей тарелке.
— Так я понимаю… теперь я буду твоим секундантом? — спросил Саня.
— Ага, — с невозмутимым видом ответил я.
— А чё делать то? — спросил младший Козлов также растерянно. — Я то в этой теме не в зуб ногой…
В руках Саша держал полотенце так, словно это был щит и бутылку с водой, словно меч, не понимая, куда и то, и другое девать. Неопытность бросалась в глаза. Да и откуда опыту взяться?
— Не мешать, — подмигнул я. — А там по ходу дела разберемся.
— Так, угол, боец, — к нам подошел один из организаторов. — Вы выходите первыми. Готовность минута!
Я показал пареньку большой палец, уведомляя, что услышал.
Вообще обычно первым ринг выходит андердог. А это значило, что Василия видели фаворитом в нашем бою. Обидно, досадно, но ладно.
Организатор подвел меня к линии, откуда предстояло выходить на ринг. Свет ударил в глаза так резко, что все остальное на миг превратилось в кипящее море теней и лиц. Камеры жужжали, прожекторы плавали по площадке.
Перед выходом накатило привычное волнение. Режиссер дал команду в громкоговоритель, что можно начинать.
Решаловы уже стояли в центре ринга с микрофонами в руках.
— Первым на ринг выходит боец, для которого честь — не пустой звук. Боец, который всегда и везде за правду. И правда должна быть с кулаками! Встречайте… Саша Ф-файтер!
Я вышел к рингу, вслед за мной устремился Саня Козлов, судя по всему, нервничаевший когда больше, чем я. Я не стал делать из своего выхода представления, только поприветствовал будущего зрителя в камеру. И с ничего не выражающим выражением лица, направился к рингу. Плохо, кстати, что не получилось прочувствовать ринг «до» боя. Насколько хорошо натянут канвас — жесткий он или мягкий. Как канаты натянуты?
Такие детали были важны, но разберемся по ходу дела. В конце концов, мне не привыкать драться без подготовки и не зная ринг.
— Он обладает феноменальной природной силой, — начал представление Шторма Паша. — Он настоящий ураган, сметающий всё на своём пути!..
— Поприветствуйте, — подхватил Леша. — Вася Штор-р-р-рм!
Вася вышел, расправив плечи, под крики поддержки пацанов из своей команды. Для эффектности он взял толстый гвоздь и прямо на виду у всех согнул его голыми руками.
Металл хрустнул, легко поддавшись…
Шторм бросил согнутый гвоздь на пол и поднял руки, будто уже победил. Смотрелось и вправду эффектно, дуре в этом бойце с вредными привычками было хоть отбавляй. Другой вопрос, что я не гвоздь и так просто не дам себя сломать.
Вася перелез через канаты в ринг, победно вскинул руку и проходя мимо меня попытался рыпнуться. Хотел меня запугать, но я даже не повёл бровью. Пусть хорохориться сколько влезет, хотя я бы на его месте приберег силы и эмоции непосредственно для поединка.
Парни из команды Василия начали его непосредственно поддерживать, скандируя имя. Одновременно включились и мои пацаны, быстро поняв, что мне не хватает звуковой поддержки.
В ринг зашел рефери. Кстати, такой же колоритный, как и все участники шоу. С волосами, схваченными в хвост и большими бакенбардами.
— Бойцы на середину, — распорядился он.
Мы встретились в центре ринга по левую и правую руку рефери. Паша подошел сзади рефери и ловко сунул микрофон из-за его спины.
Вася пыхтел, дышал, как зверь, готовый рвануться. Я смотрел ровно и хладнокровно. Рефери внимательно посмотрел сначала на меня, затем и на моего соперника.
— Парни, работаем по правилам бокса. Но на голых кулаках. Прекращаем работу по команде «стоп». Если нет личной неприязни — пожмите руки.
Я протянул ладонь. Шторм уставился на неё, скривился, и демонстративно не пожал. Мне было всё равно. Я просто кивнул и вернулся в угол.
— Саш, удачи, — потрепал меня за плечо Козлов.
Я не ответил, с головой уже находился в поединке.
Через несколько секунд раздался сигнал гонга.
— Файт! — рявкнул рефери, ознаменовав начало боя.
Шторм вылетел вперёд с яростью, словно пытался снести меня одним наскоком. В каждом движении он напоминал Эрика Эша — Баттербина. Здоровый, тяжёлый, но удивительно быстрый для своей массы. Его кулаки свистели в воздухе, каждый удар был как замах кувалды.
Я держал дистанцию. Ничего лишнего — шаг в сторону, короткий нырок, снова смещение. Он бил в воздух, и от каждого промаха становился только злее. Я видел, как бешенство съедает его изнутри, но при этом он был весьма обученным боксёром и его удары не превращались в хаос.