Двадцать этажей пролетели буквально за…
- В сумме - полторы минуты? - мисс Лейта, в обтягивающих кожаных штанах и белой блузке, иными словами - демонстрируя свою атлетичную фигуру с полноценным, третьим-плюс размером, оттягивающим одежду без всякого пушапа, щелкала пальцем по наручным часам. - Неплохо. Неплохо. Но еще не впечатляет.
- Я… я…
- Тут от меня должна последовать рифма, но я просто укажу на очевидное, - она кивнула на забинтованную руку.
Макдалов посмотрел туда же и, печально вздохнув, подошел к двери.
- Чай будете? - спросил он, вводя код на замке.
- Добро пожаловать домой, мистер Макдалов, - прокряхтел металлический голос.
- У тебя какой? - спросила учитель, заходя следом за ним.
Он скинул сланцы Марка и, помыв руки, вернулся в коридор - мисс Лейта при этом не покидала прихожей.
- Зеленый.
- Я больше одно-солодовый люблю, - явно отшутилась учитель, но Коста юмора не понял. - Молодежь… а ведь смешно получилось.
- Наверное, - пожал плечами Коста. - Пройдете?
- Спокойный ты какой-то, - учитель даже, вроде, немного расстроилась и глянула за спину Макдалову - внутрь комнаты. - Чистенько у тебя как… прям даже не верится, что здесь подросток живет.
Косте очень хотелось сказать, что видела бы Лейта, что здесь творилось после визита Пуловера, но решил оставить эту информацию при себе.
- Сильно болит?
- Заживет, спасибо.
- Понятное дело, что заживет. Ты же физик. Диму зачем на койку отправил?
- Я не знал, что там будет именно он.
- А если бы знал?
- Все равно бы отправил.
- Почему?
- Он мне не нравится.
- Ну, хотя бы честно. Говорят, ты к банде примкнул?
- Кто говорит?
- Слух по школе пошел… но в основном - юная Блиц.
- Она с Ежом в паре. Может что-то спутала.
- С Ежом, да… а мне казалось - с тобой.
- Почему казалось?
- Тут слишком чисто. У меня не возникает ассоциаций с Блиц.
- Она не выглядит неряшливой.
- Считай это женским пунктиком. Мужчине долго объяснять.
- Понятно.
- О Пятачке как узнал?
- Слух был.
- Какой слух?
- Да так - в школе говорили.
- Понятно… а препираться так тоже в школе научили?
- Нет, это папина заслуга.
Весь этот диалог, куда больше похожий на допрос, нежели тот, что устроил Пуловер, прошел быстрее, чем Коста успел понять, что Лейта его и вовсе - допрашивает. Причем делает это очень быстро, легко и погодя. Их там в педагогическом и такому учат?
С другой стороны - все же, с эсперами дело имеет. Не с обычными подростками.
- Вообще, я хотела отдать тебе вот это, - Лейта, непонятно откуда, достала его пластиковую ID-карточку. - Но, видимо, не в этот раз - слишком плохо себя ведете, мистер Макдалов. Не выполняете, так сказать, предписаний руководства. Ну, на первый раз…
Все произошло слишком быстро. Вот Макдалов стоял на ногах, а вот он уже врезался в противоположную стенку, порвав обои и оставив глубокую трещину. И, видимо, не только на здании, но и еще на собственных ребрах.
Лейта же опустила ладонь, которую только что впечатала в грудь Макдалову.
- Агх, - Коста сплюнул кровью и с трудом смог вздохнуть.
- У меня в классе один за всех и все одного, - медленно проговорила мисс Лейта. – По первости - закрою глаза. Но в следующий раз сломаю тебе ноги. Будешь неделю на костылях ходить. А если решишь опять соврать или пытаться выставить меня дурой - проломлю грудину и, как и Дима, проведешь пол месяца в интенсивной терапии.
Она развернулась и вышла за дверь.
- Мисс… Лейта… - прохрипел ей в след, сплевывая кровью, Макдалов.
- Скорую сам себе вызовешь, если надо. Проспишься - пройдет.
- Я не про это…
Она обернулась и во взгляде прочиталось некое удивление, легкая нотка уважения и кило заинтересованности.
- Вы знаете… детектива… Пуловера?
- Сильно головой приложился, да? С чего мне знать какого-то детектива. И чтобы из квартиры носа не показывал!
И, закрыв за собой дверь, оставив Косту лежал на полу и плеваться кровью, она зацокала каблуками в сторону лифта.
Макдалов, медленно перевернувшись на спину, пытался унять бешено колотящееся сердце. Мысли бились друг о друга бильярдными шарами.
В кармане снова завибрировал телефон.
- Кени, - с трудом произнес Макдалов и опять захрипел.
- Ирландец? Ты там норм?
- Относительно.
- Относительно того, кого танк переехал?
Коста попытался улыбнуться, но боль растеклась уже по всему телу. Даже языком шевелить получалось с трудом.