В общем, французское мурчание для меня оставалось загадкой, как и поведение моей незнакомки.
Когда она снова ловко запрыгнула на подоконник, я узнал на ней рубашку Ричарда. Это больно кольнуло в грудь, и я нахмурился.
– Ну и зачем ты её надела? Сними, тебе не идёт. В платье было лучше.
Эта деталь одежды чуть было все не испортила, потому что настроение мое резко спикировало ниже плинтуса, и я хотел было уйти. Мало того, что ничего нового она не демонстрировала, так еще и надавила на больное.
Однако девчонка успела исправить ситуацию и снова завладела моим внимаем. Будто услышав мои мысли, она принялась под музыку расстегивать пуговицы одну за другой.
– Ты серьёзно? – спросил я, изумленно приподняв брови. – А ничего, что тебя сейчас, возможно, полдеревни видит?
Видимо девчонку это совсем не заботило. Она не сводила глаз с моего окна. Для нее я был ее единственным зрителем. И она продолжала танцевать для меня. Это не могло не волновать. И я решил остаться до конца представления.
Расстегнув рубашку до середины, моя пленительная танцорка оставила пуговицы в покое и спустив ткань с одного плеча в такт музыке присела на корточки, крыльями бабочки развела в стороны колени, отправила мне воздушный поцелуй, снова свела ножки вместе и очень грациозно поднялась. Каждое её движение было профессиональным, отточенным до совершенства.
– Откуда ж ты такая взялась в этой богом забытой глуши? – я облизнул слегка пересохшие губы.
Девчонка в ответ лишь красиво передернула плечами, отчего мужская рубашка, скользнув по изящному телу, упала к её точёным ножкам. Пожалуй, многие мужчины сейчас бы хотели оказаться на месте этой рубашки.
– Чертовка, – прошептал я и закусил нижнюю губу.
Стройная фигурка этой загадочной нимфы, словно восковая статуэтка, подогретая ласковым августовским солнцем, пластично покачивалась в такт музыке. Весьма откровенное бикини цвета благородного бордо не столько прикрывало её наготу, сколько подчеркивало волнующие кровь изгибы ее тела.
Спустя минуту она зацепила пальцами бретельки на своих плечах и глядя на меня вскинула подбородок, как бы спрашивая снять или нет.
– Ну давай, раз ты такая смелая, – кивнул я, на мгновение убрав от лица бинокль.
Девчонка повернулась ко мне спиной, чем снова вызвала во мне вспышку дурных воспоминаний. Я увидел татуировку на ее лопатке и перед глазами сразу встала картинка, на которой она лежала в объятиях Ричарда.
– Что за игру ты ведешь, девочка? Спишь с одним, танцуешь для другого.
Я нахмурился, но в этот момент она лёгким движением расстегнула застежку и отбросила, и без того лишь номинально прикрывавший красивую девичью грудь, аксессуар. А после, скромно прикрывшись ладошками, снова развернулась ко мне лицом.
Тревожные мысли, всего секунду назад пытавшиеся вернуть меня в реальность, тут же улетучились. Видимо слишком уж долго я спал в пустой постели. Тактильный голод и простое человеческое влечение с лёгкостью могут заглушать голос разума, нашептывая всякие непристойности и пошловатые мыслишки.
Я снова облизнул и закусил нижнюю губу не в силах оторвать взгляд от тела танцорки. Сердце колотились так, будто я впервые в жизни смотрел стриптиз. Хотя надо сказать, что такой – действительно впервые.
– Ну же… Давай. Продолжай, девочка. Тебе нечего стесняться. Я тебя уже видел. Покажи мне себя.
Она ещё немного помучила меня ожиданием, а потом все же убрала руки, дав мне возможность увидеть свои розовые, сжатые в бутончики, соски. Затаив дыхание, я любовался ей. Такая маленькая, легкая, пластичная. Её хотелось прижать к себе и баюкать, как ребёнка. Хотелось чувствовать прикосновение её нежной кожи. Дышать ей, любить её.
В голову пришло сравнение с принцессой, запертой в высокой башне и охраняемой драконом. Наверное, я должен был ее выкрасть. Тем более, дракон сам весьма опрометчиво покинул свой пост. Моя ли в том вина, что я оказался рядом и волей судьбы стал ее избранником?
Но в этот момент музыка закончилась и принцесса, спрыгнув с подоконника, опять спряталась от меня в глубине своей башни.
Чертовка. Раздразнила и ушла. Хотелось ворваться в дом Ричарда, без лишних церемоний перекинуть её через плечо и утащить к себе, чтоб она продолжила свой танец уже приватно. На мне.
Однако было целых три обстоятельства, препятствующих моему порыву. Во-первых, это была ДЕВУШКА, интерес к которым, как мне казалось, я уже давно потерял. Во-вторых, это была девушка РИЧАРДА, а значит никаких прав на неё я не имел. Что бы там между нами ни произошло, а рога ему наставлять не собирался. Не в моих правилах. Ну а в-третьих, это была девушка МОЕГО Ричарда. То есть по факту моя соперница. Таких кульбитов моя судьба ещё не исполняла. И я понятия не имел, что мне со всем этим делать.