Мой лужёный желудок оказался крепче женского, поэтому смог удержать обед и не добавил к царившему тут амбре запахов полупереваренного ростбифа, жареной картошки и солёных груздей. Пытающуюся открыть, оказавшуюся заблокированной дверь, Машу, остававшуюся сегодня на хозяйстве в подпространстве, я сперва не узнал.
Причиной было то, что на её голове был военный противогаз, отчего впечатление она создавала жутковатое. После Рейда нервы были расшатанными, поэтому, попав домой, я едва её не пристрелил, остановившись лишь в самый последний момент, когда заметил на тонкой шее чокер с кулоном хамелеона.
- Что тут произошло? - спросила Лика, тут же закашлявшись. - Кто-то умер?
- Баста! Нет, конечно. Всего лишь небольшая утечка марина, - раздался глухой голос из-под пластиковой маски. - Мадре Миа, да не дышите вы хотя бы ещё пару минут, сейчас всё рассосётся.
Половина вернувшихся со мной Спутниц, услышав это наставление, рефлекторно сделала глубокий вдох, отчего звуки исторгаемой пищи усилились. Вторая половина, и я в том числе, начали медленно краснеть, удерживая в лёгких то, что в них ещё оставалось. Что за марин такой?
Пуча глаза, я начал переписку с Кузьмой. Оказалось, что пока мы Фармили на севере Голландии, очищая небольшую деревушку Маркен, отделённую от материка проливом, стремясь, чтобы живущие там смогли продолжить хранить свою особую атмосферу деревенской жизни и самобытность нидерландского народа, у нас дома Маша изобрела новый вид отравляющего вещества.
Назвала она его "марин" отнюдь не из-за сильного запаха тухлой рыбы. Это был симбиоз "зарина" и имени изобретательницы. Две минуты, в течение которых мы старались не шевелиться, истекли, и я сделал осторожный вдох. Аромат зловонного марина исчез, сменившись резким металлическим, как бывает после сильного озонирования в поликлиниках.
- Маш, как так то? - задал я вопрос, восстановив дыхание.
- Ходэ́! Случайно вышло. Это всё из-за Мука. Спрятался тут дурашка, я на него наступила и споткнулась. Кага́да, дерьмо, в этом противогазе ни черта не видно. Баллончик выронила, он упал на пол, немного повредился, и произошла утечка.
Пет зельеварши, хамелеон Мук, действительно лежал лапками вверх неподалёку от ног хозяйки. Язык высунут, глаза закрыты. Питомец производил впечатление дохлого, не дышал. Но меня не обманешь, услышав своё имя, он чуточку дёрнулся, так что когда я поднял его за хвост с пола и поднял на уровень глаз, то был готов к тому, что животина попытается убежать.
- Лекарь-пекарь, Маш, антидот ты, надеюсь, тоже изготовила?
- Конечно. И испытала на заключённых в Тюрьме. Почти без побочных эффектов, сыпь только кое-где появилась. Нам, с Модификациями, это не грозит. Наверное…
Услышав многообещающее "наверное", Лика, Люда и Инга поспешили забрать у снявшей противогаз Маши ярко красные таблетки. Я же, понадеявшись на свою Химзащиту полностью, отпустил Мука на волю и подошёл к стоящему в Сенях возле стены аппарату для газировки.
Вчера Хася починила эту машину, использованную мною для первоапрельского розыгрыша, и теперь я, экономя три копейки, смог совершенно бесплатно, на халяву, получить стакан лимонада. Опрокинув в горло пузырящуюся жидкость, я почувствовал, как советский напиток освежает пересохшее горло.
Укоризненно качая головой в сторону шаркающей перед собой ногой Маши, я поставил посуду на место. С такими косяками у неё, в отличие от крафтерши, Отношения с нами будут расти медленно. Хася с утра подняла их, со мной и Людой уже до восьми, а с Алёной до семёрочки.
- Ауч, вкус во рту просто террибл, - пожаловалась Инга. - А зачем ты этот марин несла наружу?
- Мадре Миа, для натурных испытаний. В США опять уличные беспорядки, там слезоточивый газ применяют, меня бы никто не заметил.
- Ясно. Кузьма, ты дверь разблокировал? - спросил я вслух. - Мы можем выйти?
- Никак нет, барин, - раздался голос из-под потолка. - Ещё пару секунд. Кстати, зря ты лимонад выпил.
- ?!
- Сухой остаток марина на поверхностях я нейтрализовать не успел, поэтому это вещество на соплах автомата ещё было и успело раствориться в подаваемую тебе в стакан газировку.