Выбрать главу

Стало казаться, что этот кошмар наконец благополучно закончен, когда бур таки ввели в эксплуатацию. Однако радость была недолгой: буквально через два с половиной месяца на Европе произошел крупный прорыв криовулкана, причем именно там, где располагалась станция Кулебра и совсем недавно запущенное оборудование.

Происшествие подняло шум. Историей даже заинтересовалась пресса. Многие всерьез подозревали колонистов, которые изначально были против строительства, в диверсии. Эту версию даже пришлось проверить. Коллеги из Министерства природных ресурсов любезно вызвались провести экспертизу. К облегчению инспектора, не нашлось никаких подтверждений того, что это была намеренная акция.

Кесада в своем заключительном отчёте озвучил официальную версию экспертов о несчастном случае, произошедшем из-за халатности обслуживающего бур персонала, и руководство это вполне удовлетворило. И только инспектор официально закрыл дело и засобирался в месячный отпуск на Титан, как, конечно же, губернатор Смирнова опять дала о себе знать.

На этот раз она прислала официальное требование о возобновлении расследования и предоставила целую гору фото- и видеоотчетов, противоречащих материалам официальной экспертизы. К свидетельствам прилагались и показания десятков очевидцев катастрофы, успевших чуть ли не вплавь добраться до Агамы по полузатопленным подземным тоннелям — благо, кто-то успел аварийно перекрыть их со стороны Кулебры.

И слова выживших колонистов, и прочие доказательства преследовали единственную цель: обвинить в инциденте принявших решение о строительстве должностных лиц, а также подрядчика, который недобросовестно выполнил контракт, сэкономив на материалах. Также губернатор колонии на Европе требовала компенсаций семьям погибших и пострадавшим, а ещё запрашивала немалые средства на восстановление поврежденной инфраструктуры.

Сказать, что Кесада был зол — это не сказать ничего. После очередного витка весьма эмоциональной переписки, инспектор принял решение лично посетить Европу и приструнить, наконец, выскочку, что не давала ему покоя годами. Ничто не отрезвляет так, как внезапная проверка. Кесада ещё специально нагрянул накануне празднования Нового года, чтобы застать всех врасплох. И это удалось — не зря же Смирнова вдруг так горячо принялась отговаривать визитера немедленно ехать на место аварии. Однако Кесада был непреклонен и как никогда решительно настроен поставить наконец точку во всей этой истории с аварией на проклятой станции Кулебра.

* * *

Вездеход резво рассекал просторы Европы, двигаясь по расчищенной дороге. Наземный путь, соединяющий все станции, располагался на дне гигантского ледяного каньона. Такое расположение обеспечивало дополнительную естественную защиту от радиации и позволяло тратить меньше энергии на поддержание щитов.

Смирнова управляла вездеходом уверенно и твердо, Кесаде же пришлось взять на себя роль штурмана. Он следил за навигатором, который указывал на мелкие изменения рельефа, что периодически появлялись из-за высокой геологической активности ледяной коры спутника. Инспектор время от времени давал корректировки, и Галина тут же меняла курс, объезжая препятствия.

Наконец, они достигли конечной точки маршрута.
— Всё, приехали. Добро пожаловать на станцию Кулебра! — раздался искаженный динамиком голос Галины. — Вернее, на то, что от нее осталось. Вездеход придется оставить здесь. Дальше ни щиты, ни солнечные батареи не работают. Можем не завестись на обратном пути. Лучше дойти остаток пути пешком. Тут недалеко: за полчаса обернемся туда и обратно. Следуйте за мной и не тормозите, Кесада. Мы хоть и в скафандрах, но они не отсеивают все излучение, а на Европе оно просто дикое. В каждую лишнюю минуту вы можете хапнуть радиации больше, чем сможет выдержать ваш организм для более-менее нормального функционирования. В общем, приберегите силы на обратный путь. Не забудьте прожектор, а то ничего не увидите в сумерках. Если станет плохо, сразу же говорите мне — будем возвращаться. Все ясно?

— Ясно, — коротко ответил Кесада и выбрался из вездехода. Гравитация была слабенькой, и прыжок с подножки занял непривычно много времени.

Смирнова умело передвигалась длинными прыжками, в то время как ее спутник поначалу не столь преуспел в этом. Впрочем, вскоре и он приспособился, старательно повторяя за Галиной. По ощущениям, минут через пять на горизонте показался силуэт огромного криовулкана. Когда путники подошли к ледяному столбу вплотную, пришло время воспользоваться прожекторами.