Андреа познакомила её с Мараваном.
— Шри Мараван — великий гуру эротической кулинарии, — так представила она своего приятеля.
Насчёт «шри» и «гуру» Андреа его не предупреждала, но по реакции Маравана поняла, что это следовало бы сделать. Тамилец со смущённой улыбкой протянул гостье руку и вернулся к работе.
— Я сгораю от нетерпения, — объявила Эстер Дюбуа, устроившись на подушках в полутёмной гостиной, наполненной множеством зажжённых свечей. — А как же курительные палочки, музыка?
— Шри Мараван считает, что первое перебивает аромат еды, а второе заглушает удары сердца, — объяснила Андреа. — Однако это не запрещено. — Тут она позвонила в медный храмовый колокольчик. — Вот единственная музыка, которую допускает здесь Шри Мараван.
Дверь отворилась — и на пороге появился тамилец с подносом, на котором стояли два бокала с шампанским и две миниатюрные тарелочки с чапати. Пока женщины чокались и произносили тост, Мараван сбрызнул лепёшки эссенцией из корицы, кокосового масла и листьев карри.
— Надеюсь, здесь обошлось без химии, — улыбнулась Эстер Дюбуа.
— Вся кулинария — это химия и физика, — вежливо возразил Мараван.
Гостья взяла чапати, понюхала, зажмурившись, потом откусила немного и открыла глаза.
— Сногсшибательная химия… — прошептала она.
Психотерапевт, в общем, довольно разговорчивая женщина, за едой говорила крайне мало. Она лишь стонала, вздыхала на разные лады и театрально закатывала глаза.
— Знаешь, что во всём этом самое непристойное? Есть руками, — заметила она.
Дожевав последний кусок глазированного сердечка, она счастливо вздохнула.
— Ну, чего мне ещё попробовать? Может, твоего симпатичного гуру?
Но «симпатичного гуру» уже и след простыл.
И на этот раз всё повторилось. Андреа провела потрясающий вечер и ночь. Хотя общаться с Эстер ей было трудно: психотерапевт казалась бывшей официантке слишком интеллектуальной и закрытой. Кроме того, она недолюбливала этих бисексуалок, которые живут со своими мужьями и ради них запросто отменяют свидания: «Я сегодня не могу, милая. Завтра всё объясню».
Во всяком случае, Андреа обрадовалась, когда, проснувшись рано утром, обнаружила, что Эстер уже встала и уходит домой, не позавтракав, — совсем как неверный муж от любовницы.
— Я тебе позвоню, — сказала она на прощанье и поцеловала Андреа в лоб.
Психотерапевт имела в виду обещание, которое дала девушке во время короткого делового разговора в эту ночь любви. Андреа не сомневалась, что она его выполнит.
— И это срабатывает каждый раз? — сонно спросила тогда Эстер.
— Во всяком случае, со мной, — ответила Андреа. — Один раз сработало даже с мужчиной.
— Не знала, что ты спишь с мужчинами, — удивилась Эстер.
— Я тоже, — отозвалась Андреа.
— Потрясающе! — восхищалась гостья. — Что же он такое делает?
— Древнейшие аюрведические рецепты с афродизиаками, — пояснила Андреа. — Но готовит он их по-своему.
— Знаешь, сколько моих пациентов что угодно отдали бы за такой ужин? — задумчиво произнесла Эстер.
— Так присылай их сюда, — с этими словами Андреа завернулась в одеяло и заснула.
16
Дальманн уверен, что Шеффер над ним насмеялся.
Он принёс ему красный спортивный костюм с неоново-жёлтыми вставками.
— Ничего более вызывающего не нашёл? — пробурчал Дальманн.
— В этом сезоне многие предпочитают экспрессивные цвета, — сказал Шеффер, — не в последнюю очередь из соображений безопасности.
— Кто тебе это сказал? — раздражённо спросил Дальманн.
— Я консультировался со специалистами, — ответил Шеффер, тоже заметно нервничая.
И теперь Дальманн вынужден это носить. Хотя в глубине души ему всё равно. Остальные выглядят не лучше в своих слишком просторных или узких одеяниях. Посмотреть только, как они виснут на этих тренажёрах, беспомощные и красные от натуги! Словно собираются искупить все грехи за последние десять лет.
Дальманн осторожно вращал педали велоэргометра. На панели возле руля лежала бумажка с его персональной фитнес-программой. Но он пренебрегал остальными упражнениями, предпочитая это: здесь можно регулировать нагрузку и сидеть. Доктор советовал заниматься ежедневно, но не переусердствовать. Последней рекомендации Дальманн придерживался особенно аккуратно.
Ему поставили стент. Трубку, которая расширяет коронарную артерию, сжимающуюся при инфаркте миокарда. Он хорошо перенёс операцию и теперь проходил утомительный курс лечения и глотал лекарства, регулирующие свёртываемость крови, чтобы тромбы не забили отверстие. Ему рекомендовали вести здоровый образ жизни: есть и пить в меру и, что самое трудное, бросить курить.