Я взяла девочку за руку, и мы пошли обследовать двор. Бегали куры, гуси. В далеке на цепи сидела черная дворовая собака, виляя хвостом. Раиса пришла быстро, неся литровую банку угощения и свёрток.
- Вот, возьми, Лиза. Банка с салом, а здесь черный хлеб и лук, свой с огорода, - кивая на бумажный кулёк, протянула мне Раиса.
– Тете Тоне в тот раз так понравился черный хлеб, а уверяла, что любит только белый. Передавай привет Антонине Федоровне, - беря дочку на руки, проговорила она.
- Сколько я должна? Пожалуйста, возьмите деньги! Мама наказала обязательно заплатить, - упрашивала я, суя купюры ей в руки.
- Лиза, я не могу, мы с тетей Тоней соседи, - отказывалась женщина.
- Вы же старались, тратили время, а у Вас ребенок. Возьмите, купите Танюшке что-нибудь, - уговаривала я.
- Ну, хорошо, возьму, спасибо! Сегодня как раз у Танечки день рождения, 2 года, - счастливо похвасталась Раиса.
- Поздравляю! – щекоча пузо девчонки, произнесла я. Протянула деньги, поблагодарила и счастливая пошла назад.
Шла довольная, я справилась, все прошло без проблем! Когда все делаешь по правилам, то и сложностей не будет! Жалко, Асима не встретила. Ладно, может в следующий раз ещё куда отправят. Надо потихоньку собирать женские наряды к дедову и Мишиному гардеробу.
Глава 24. Декабрь 2023 г.
Миша
Проводив Лизку, отнес в подвал стул, укрылся пледом и стал ждать сестру. Пусть все пройдет успешно, Господи! Прошло полчаса, час, начинаю нервничать. Блин, как не люблю болеть, особенно, к концу года – сессия на подходе, праздники. Что-то Лизавета задерживается, вдруг заболтается или отвлечется на что – нибудь, потеряется, а времени не так много.
Плотнее укутался в плед - морозит, голова трещит, незаметно задремал. Разбудил поворот ключа. Слава богу, Лиза вернулась!
Сестра, довольная, что справилась с заданием, рассказывала про женщину, про ее смешную дочку. А не моя ли эта Раиса, девочка с сорок первого года? По описанию сестры, кажется, что она! Отлично, Раечка жива и родила девочку!
Поднялись в кухню. Не переставая болтать, Лизавета открыла банку с салом. Понюхала с наслаждением, отрезала черного хлеба из свёртка и сделала нам маленькие бутербродики. Это что-то! Восхищение! Нежная намазка таяла во рту, черный хлеб, чеснок и перец танцевали вальс на языке! Понятно, почему Антонина Федоровна не могла забыть такое простое, но вкусное сало.
- Миша, не ругайся, но я нашла булочную, про которую рассказал Виктор Васильевич и купила нам свежие «Ромовые бабки», - хлопая глазами, протянула сестра. – Я хотела вас побаловать, а то вы долго болеете. Чаю попьем! – хлопая ресницами, ласково произнесла сестра.
Вот, что с ней делать? Ругаться? Дали задание - исполни, как наказали. Так нет, что-то и от себя добавит!
Лиза упаковала заказанную еду в пакет, чтобы передать клиенту. Прийти в кафе в силу своих лет бабушка не могла, но для нее кулинарный шедевр передадут родственники. Отлично! Заказ выполнен, клиент доволен!
Когда мы с дедом пошли на поправку, слегла с инфекцией сеструха. Скажу честно, такого требовательного, вредного и непослушного пациента мы с Виктором Васильевичем не видели!
Мелкая возлежала на большой кровати со множеством подушек под головой. В одной руке всегда был телефон для общения с друзьями, для заказов подарков к предстоящим новогодним праздникам. Рядом на кровати под Лизкиным боком лежала Марта. Обе укрыты теплым пледом.
Малая постоянно гоняла нас с дедом – то за горячим чаем, то за медом с лимоном. То теплое, то горячее. Хотя, мы сами ещё были ослаблены после болезни. Выздоровеем – выпорю заразу! Обещал же себе, ещё в девяностых, а жалко стало, сестра ведь родная. А дед ничего, терпит. Любит дурищу, так-то никого, кроме нас у него нет.
Глава 25. Декабрь 2023 г.
В последних числах декабря украшали зал в любимом кафе к новому году. Праздновать решили всей семьёй у нас в заведении.
Отец заказал и оплатил огромную, пышную ель, ее занесли и установили в углу. В помещении разносился одуряющий хвойный запах, неся предчувствия новогодних чудес. Лизка наряжала зелёное дерево, дед составлял меню, я оформлял окна гирляндами.
Я вспомнил историю про стеклянную елочную игрушку. Когда Лизавете было два года, а мне девять лет, я наряжал ёлку и показывал яркие игрушки, сочиняя про них сказки. Мама купила стеклянную елочную игрушку в виде груши, выглядевшую как настоящая. Видимо, что-то и про «грушу» сочинил, повесил на нижнюю ветку. Сестра восторженно слушала, помогая вешать украшения. Повесил яблоки, шоколадные конфеты на ниточке, Лизка их обожала. На пару минут отлучился из комнаты, так как позвала мама.