Мы с бабулечкой обнялись и она пошла нас провожать.
- Лиза, ты далеко живёшь? Дождь сильный идёт. Не пущу тебя голой! Возьми зонт и кофту, а потом занесешь. Я в парке часто на лавочке сижу, там встретимся.
Бабушка выдала мне длинную вязаную кофту, темно-синего цвета, красивую. Достала из шкафа красный зонтик.
- Бери, Лизонька! Удачи тебе! Приходи в гости, с внучками и дочерью познакомлю. Внучка Лариса почти как ты, ей 15. Всегда рады видеть, - начиная плакать, приглашала хозяйка.
- Спасибо Вам! Обязательно приду в гости! – целуя добрую женщину, стараясь тоже не заплакать, пообещала я.
Попрощались мы с Мартой с гостеприимной старушкой. Вышли на улицу. Было сыро, холодно, шел дождь. Ветер срывал пожелтевшие листья, окуная их в лужи.
«Почти за сутки моего путешествия в прошлое, я встретила двух таких разных женщин. Одна деспотичная, хотела погубить, насильно выдать замуж, вторая добрая - обогрела и накормила», - обходя лужи, размышляла я. Собака шла рядом, не делая попытки убежать.
Кофта была очень мягкая и теплая, зонт надёжно прикрывал голову и плечи. Шла я, наклонив голову и благодарила судьбу, что свела с такой чудесной женщиной.
Отвлек лай щенка. Оказывается, мы подошли к дому. Я не верила, что сейчас подойду, постучу и мне откроют мои родные и любимые люди. Слезы лились неконтролируемо, смешиваясь с дождем.
Рванули с собакой, перегоняя друг друга. Я стучала двумя руками, ногами, громко звала Мишу, Виктора Васильевича, Асима. Марта лаяла, скреблась в дверь. Тишина. Только редкие прохожие удивлённо шарахались от меня, покачивая головой, спеша по своим делам.
«Боже мой! Почему они не открывают? Не слышат? Никого нет дома?». Я сорвала голос, четвероногая подруга скулила.
Это провал! Мы потерялись во времени? Облокотившись об дверь спиной, я сползла на корточки и отчаянно заревела, уткнувшись в колени. Марточка лапой трогала меня и скулила в тон моего плача.
Не знаю, сколько я ещё рыдала, но слезы уже перешли в икоту, а я все не могла остановиться. Отчаяние разрывало душу. Я продрогла, бабуличкина кофта перестала спасать от холода. Марта, моя верная подруга, плотнее прижалась ко мне, стараясь согреть. Я обняла ее, уткнувшись в шею, закрыла глаза и замерла.
Глава 35. Март 1919 г.
В мозг стали проникать человеческие перешёптывания, вскрики, детский плач. Я старалась не обращать внимания на отвлекающие звуки, но собака стала проявлять беспокойство и заинтересованность.
Я встала, собираясь поднять с земли зонт и поняла, что нас опять перенесло во времени. Зонтик лежал в проталине. Я обернулась – вместо двери, в которую я долго барабанила – стояло заброшенное поместье. Детский плач усиливался. Так, надо изучить обстановку. Я подняла зонт, схватила рядом лежавшую крепкую палку и кивнула четвероногой. Мы с собакой направились внутрь, стараясь не шуметь.
Было утро, свет пробивался через широкие окна. Поместье в свои лучшие времена поражало роскошью. Даже сейчас, особый интерес представляли лепнина и росписи на потолках, высокие оконные проемы и просторные помещения.
На первом этаже нам никто не встретился. По широкой лестнице с ажурными витыми перилами поднялись на второй этаж. Во многих окнах отсутствовали стекла, поэтому в залах гуляли сквозняки. Кое-какая мебель была сломана. Вазы, картины и другие предметы обстановки почти все разбиты. Бархатные шторы весели грязными тряпками. Зато в большой комнате с французскими окнами, выходящими в сад, встретился черный рояль без крышки. На инструменте отсутствовали несколько клавиш, что напоминало беззубый рот. Здесь, кажется, проводили балы, играла музыка. Дамы в красивых платьях и бриллиантах щебетали, делясь сплетнями, слуги разносили шампанское.
«Эх, у нас намечался весёлый праздник! Я всех подвела! Все в панике ищут меня, наверное,» - с набегающей грустью подумала я, вспоминая про шампанское.
Марта шла осторожно - на полу разбросаны мелкие осколки, перья, видимо, от разорванных подушек. Собака рванула в комнату по соседству с залом.
Возле разожжённого камина, на полу в ворохе тряпок лежал мальчик лет 11-ти, по пояс обнаженный. Он стонал, держась за окровавленное плечо, метался от жара. Рядом с ним, стоя на коленках, плакала маленькая белокурая девочка в темном платье и в полушубке. С мальчиком возился старый, худой как жердь мужчина. К алеющему от крови плечу старик прикладывал грязные тряпки. Антисанитария!
- Перестаньте! – крикнула я, не сдержавшись.