В одном из оврагов, где пестрели желтые первоцветы, Марта нашла очень милого лесного жителя – ежика. Сначала собака понюхала его, легонько потрогала лапой, попыталась лизнуть, а когда оцарапала нос о его иголки, залаяла.
Иришка стала умолять взять ежа с собой. Мной была предпринята попытка отговорить ребенка – обьясняла о трудностях перевозки, отсутствии еды, а вдруг в лесу остались его детки. Но доводы не были вразумлены, Иришка капризничала и плакала. Ушла подальше от нас и села на ствол поваленного дерева к нам спиной, прижав ежа к груди.
Я понимала, что после всего пережитого, от неясной перспективы будущего, ребенок устал и переживает. Тогда Георгий, в миг ставший взрослым, на правах старшего брата, разрешил девчонке взять ежа. Имя дал ему Руслан. В честь героя знаменитого русского поэта, в сокращении Русь. Как напоминание о родине в далёкой эмиграции.
По мере приближения к месту прибытия, стали появляться люди – одинокие седоки, целые семьи на телегах, пролетках. Видела даже господина, сидящего в карете, как в фильмах. Народ был плохо одет, голоден, измучен, с красными руками и лицами, но стремившийся к лучшей жизни.
В приморский городок приехали рано утром. На свои два кольца и браслет взяла нам маленькую комнату в мансарде на две ночи. Обстановка снятого жилища представлялась двумя узкими кроватями, стулом, маленьким столиком у высокого круглого окошка и деревянной вешалкой у двери. Горячую воду для гигиенических процедур и для питья обещали доставить сразу.
Как мы обрадовались кушеткам, хоть и тесным, но после двух ночных трясок в экипаже, они казались роскошными. Привели себя в порядок, как смогли в такой ситуации, отправились узнать обстановку и обменять золото на продукты. Марту и Руслана оставили отдыхать в номере, не желая привлекать лишнего внимания.
Мы погуляли по набережной. Море было изумрудным, белая пена напоминала барашек, над которыми с криком пролетали чайки. Солнце и свежий ветерок поднимали настроение.
Сегодня нас должен ждать человек графини. Завтра отходит корабль в Константинополь, многие люди уже толпились на причале. Кто был с небольшими чемоданами, кто с мешком, другие захватили коз, клетки с курами, видела среди толпы мебель. Мальчик сидел на антикварном стуле и держал большую трубу. «Боже, всем же места не хватит на корабле», - с ужасом поняла я.
На три кольца получилось выменять - калач свежего тёплого хлеба, четыре варёных картошки, три варёных яйца, маленькую щепоть чая, три жареных камбалы, два сморщенных яблока, пол ведра овса для кобылы и крынку молока. С этим богатством мы отправились в свой номер, чтобы поесть и вытянуть ноги на кровати.
В гостинице было много приезжих, все комнаты были сданы. Поэтому люди располагались прямо в холле на чемоданах, с тюками. Дети бегали между багажом, лаяли маленькие комнатные собачки. Бывшие господа пытались командовать гостиничной прислугой. Балаган, ей богу!
Глава 43. Март 1919 г.
Взяв ключ у портье, направились по лестнице на третий этаж в свою мансарду. Неожиданно Жорж громко воскликнул:
- Константин Петрович! Вершинин! Неужели это вы? Приветствую вас! – на голос моего товарища обернулся высокий, крепкий мужчина, лет 40. Темноволосый господин, одетый по-военному – шинель, сапоги, папаху, без каких-либо определяющих знаков к принадлежности какой-либо армии.
- Георгий, Ирина! Вы добрались, слава Богу! Наконец-то, мы встретились! - обнимая детей, обрадовано воскликнул мужчина.
Георгий представил меня своему знакомому. Константин Петрович приложился к руке, внимательно смотря в мои глаза. Господин Вершинин пригласил нас в свой номер поговорить и отпить чаю.
Комната больше нашей раза в три, расположилась на втором этаже, с видом на море. Маленький балкончик позволял насладиться морскими видами.
Константин Петрович попросил горячего чаю у служанки. Выставил на стол свежий, мягкий, с хрустящей корочкой белый хлеб. Жёлтое сливочное масло, копчёную рыбу, покрытую янтарными каплями жира. Маленькую вазочку с цветными шариками монпансье, обсыпанными сахаром. Горничная принесла настоящий черный чай, горячий! От одних только ароматов, я была счастлива познакомиться с этим человеком.
- Присаживайтесь! Угощайтесь! – пригласил нас хозяин.
Иринка сразу же потянулась к красочной карамели, схватила три штучки, сжала в ладони и начала есть бутерброд с рыбой. Пока мы ели, стараясь держать лицо и не накинуться на продукты, Константин Петрович рассказал про графиню, с нетерпением ожидавшую своих птенцов, про корабль.