Когда Старейшина пришел к власти, она искренне поверила, что он и есть тот, кто сможет изменить все. Но тот лишь старался ради блага деревни. Да, он провел массу реформ, удерживал мир между игроками и местными, при его правлении дела пошли на лад. Но все это было мелочно, по сравнению с подвигами рыцаря-игрока.
Андрей не был похож на этого рыцаря ни капли. Он был таким же человеком. Более того, он проклят и само мироздание против его существования. Андрей так же не обделен мирскими желаниями, Тира часто отмечала его противный похотливый взгляд на своей пятой точке. А ночью она едва ли не физически ощущала, как он пялится на нее. Но… девушка позволяла ему смотреть на нее. Она уже выбивала зубы парням, что смели на нее косо взглянуть, а этому отщепенцу позволяла все.
Девушка посмотрела на сморщившееся от боли лицо Андрея. Непроизвольно она схватила его за руку и тут же отдернула ее. Всего неделя вместе с ним и он стал для нее так… дорог? Тира совсем запуталась в своих чувствах и эмоциях. Она терпеть не могла Андрея. Он раздражал ее, взбешивал одним своим видом. Еще и грубил ей, постоянно подначивал. Но теперь она сидела возле него, переживала, боялась за его жизнь. Она понимала, что чувство абсолютно не связано с той миссией, что на нее возложил Старейшина. Он был отходчивым лидером и прекрасно бы все понял. Он понял бы, что без потерь нельзя было обойтись.
Тира не удержалась и прикоснулась своей ладонью ко лбу Андрея. Тот был горячим. Девушка посмотрела по сторонам и, убедившись, что рядом никого, медленно провела пальцами по лицу парня. У него были сухие и потрескавшиеся губы. Нос картошкой. Не симметрично расставленные глаза. Парень не был уродом, но и красавцем не являлся. Но Тире нравилось, как выглядит его лицо. Она провела пальцами по его впалым щекам, подняла руку вверх и зачесала его волосы назад. С тех пор, как они впервые встретились у ручья, они успели отрасти. Теперь челка слегка перекрывала глаза.
— Только посмей умереть. — Тира наклонилась и прошептала это у самого уха Андрея. Голос девушки показался странным даже нее самой. — Я тебя, сволочь такую, достану даже из самого Забвения и буду снова тебя убивать. Так медленно и мучительно, что ты пожалеешь, что вообще рождался на белый свет.
Девушка сама не заметила, как с ее глаз вновь потекли слезы. Она удивилась, когда одна слезинка упала на щеку Андрея. Она тут же вытерла их руками. Сильная женщина должна оставаться сильной. Нельзя показывать таким, как этот, слабину. Тира в ярости отскочила от Андрея и начала ходить от одной стены до другой, выдавая одно ругательство за другим.
Я практически добежал до оазиса, когда червь вновь объявился. Он уверенно нагонял меня и теперь его ничего не останавливало. Его тело то появлялось из песка, разбрасывая трупы, то снова уходило под песчаные массы. У меня практически не осталось сил, когда я заключительным рывком прыгнул в зеленые кусты, расположившиеся по краю оазиса. Удивительно, но ни червь, ни мертвяки не заходили в его границы. Трупы просто остановились и таращились на меня. Это было чертовски пугающе.
Немного посидев и отдышавшись, я прошел внутрь зеленной массы и увидел потрясающее озерцо, метров десять в диаметре. Я тут же припал возле него на колени и стал жадно глотать воду. Организм тут же отверг такое количество влаги и я проблевался. Благо успел отвести голову от озера, а то не смог бы потом пить из него.
— Привет. Давно не виделись.
Я резко развернулся на голос и увидел… Лерана. Свой модный костюм он сменил на пляжную рубаху и легкие шелковые шорты. Подул ветерок и один край рубашки приоткрылся, обнажая идеальное и накачанное тело бога. Я поднялся с колен и в ярости подошел к Лерану. Тыкнул ему пальцем прямо в грудь, а он отреагировал абсолютно спокойно, даже не шелохнулся.
— Ты не предупреждал, что сам мир попытается вернуть меня в Забвение!
— Я и сам не знал, что мир отреагирует таким образом.
— Как ты вообще оказался в моем кошмаре? Почему не появился раньше?
— Ты, сам того не ведая, все же смог основать мой культ. Некоторые местные начали молится мне, едва узнали о моем существовании. Пока что этого мало, для полноценного восполнения божественных сил, но если ты постараешься, то создать культ будет вполне реальной задачей.
— Этот оазис. Твоих рук дело?
— Да. В обычной ситуации мне было не хватило сил создать спасительное место для тебя. Но одна девушка стала настолько рьяно молится мне, что я даже шокирован. Столько веры в одной маленькой девчушке. Впечатляет.
— Я уже умер? На пути в Забвение?
— Нет, ваш лекарь сумела спасти тебя. Ты без сознания. Потерял много крови. Но в этом мире лечение проходит очень быстро, думаю через пару дней ты сможешь очнутся.
— Пару дней?
— Да, пару дней. В реальном мире. Во сне же время течет по-другому. Поэтому я не могу сказать тебе, сколько ты проведешь здесь. Может быть еще пару минут. А может года.
Я устало прислонился к пальме и стал переваривать информацию. Мне придется отсиживаться в этом оазисе чертову тонну времени. Возможно. По привычке попробовал открыть интерфейс, но во сне это не сработало. Я был предоставлен сам себе, никакой системы, никакого Пушка. Я посмотрел вдаль, сквозь пальмы. Мертвецов по краю все прибавлялось. Они так плотно облепили кольцо оазиса, что сквозь них комар бы не пролетел. Червь же затаился, нигде не было видно его следов.
— Леран. — я вспомнил о своем разговоре с Алзией. Решил спросить у бога напрямую, пока есть возможность. — Один библиотекарь сказал мне, что богов было всего восемь. Откуда появился ты?
— Я был всегда. Просто я и раньше не пользовался особой популярностью, а с уходом богов про меня и вовсе все позабыли.
— За что ты отвечаешь? Я узнал, что каждый из богов отвечает за что-либо.
— Это не столь важно. Важно лишь то, что я могу реально помочь людям в обмен на возрождение моей силы. Сейчас моих сил хватило лишь на создание спасительного места для тебя, но если мне будут продолжать молится, то я смогу оказывать влияние и на реальный мир.
— Есть что-то, что ты хотел бы передать своим почитателям? Что-то, что поможет распространить твой культ?
— Да. Есть такое дерево — черная Пафия. Это мой атрибут. Если жители будут молится возле них, то это сильно поможет.
— Черная Пафия. Я запомнил. Что-то еще?
— Сражения на арене. Это тоже помогает. Не обязательно во время этого молиться, достаточно посвятить само мероприятие моему имени.
— Это уже что-то. Значит, мне нужно организовать турнир в честь тебя? Надеюсь, без смертельных исходов?
— Нет-нет, что ты. Просто драка. Можно кулачные бои. Если такое мероприятие пройдет успешно, то я смогу создать свою проекцию в мире и похвалить победителя. А увидев меня, люди поймут, что молитвы мне не бесполезны и я действительно существую.
Я замолчал. Наконец-то у меня появились хоть какие-то инструкции. А инструкции означают, что я могу сложить план действий. Осталось только пережить этот долгий кошмар и выкарабкаться из пещер.
— Припадков больше не случалось?
Тира вздрогнула от голоса Ксюши. Она подошла тихо. Девушка даже разозлилась на свою беспечность. Однажды она уже прошляпила вражеского убийцу и теперь снова повторяет те же ошибки.
— Нет. Но жар не спадает.
Ксюша подошла к Андрею и начала проводить стандартные манипуляции, к которым Тира привыкла за эти дни. Во время перевязки, Тира отворачивалась. Она не боялась крови и спокойно разделывала животных. Но она не могла смотреть на раны Андрея. Сердце тут же защемляло.
— Знаешь. Если бы Антон получил такие же раны, я бы тоже не отошла от него ни на шаг. — Ксюша не отвлекалась от процесса лечения. — Тяжело делать что-то другое, когда твой любимый при смерти.
— Он вовсе не мой любимый! — от возмущения Тира даже непроизвольно схватилась за кинжал. Ксюша лишь спокойно улыбнулась.
— Я никому не скажу. Это будет наш маленький секрет. Не думай, что если я такая тихоня-лекарь, то я простушка. Я умею подмечать многое. И я вижу, как твое отношение к Андрею отличается от отношения к другим мужчинам. Ты больше придираешься к нему, больше требуешь. Вижу, что возлагаешь на него какие-то надежды. А ночью твой лежак всегда рядом с его.