Зеймар уже набрал воздуха в грудь для того, чтобы сказать, что эти потери незначительны и сегодня дварф мог потерять вообще весь груз, если бы не нанял таких высококвалифицированных охранников, но из-за его спины внезапно появился Рэндал.
— Вот они, — прижимая к груди три совершенно целые бутылки, тихо сказал он. — Я случайно облокотился на ящики и они выпали. Простите.
Лиира напряглась. Она точно знала, что по крайней мере одна бутылка была разбита арбалетным болтом. И если этот молоденький жрец не умеет оборачивать время вспять, значит сейчас он пытается жульничать, и в этом у него нет абсолютно никакого опыта. Жрецы в состоянии вернуть целостность разбитому предмету, но вернуть пролитое вино не под силу никому.
— Криворукий ишак! — выхватив у него бутылки и спешно возвратив их на место, прорычала Трикси. — Если там хоть одна царапинка найдется, из твоих денег вычтем!
Рэндал тут же стушевался и густо покраснел, он принялся извиняться снова, но дварф махнул рукой, великодушно прекращая его страдания. Он не был в восторге от идеи заплатить больше, но работа была сделана и сделана выше ожиданий, так что он нехотя выписал чек, в котором значилось на пятьдесят монет больше.
— Я это не всерьез, — буркнула Трикси, как только они вышли со склада.
— Я знаю, — светло улыбнулся жрец и подставил лицо лучам утреннего солнца.
Лиира обернулась к Зеймару, тот кивнул головой. Мальчишка вовсе не так уж беспросветно наивен, он в состоянии распугать элитных воинов дроу и чертовски нравится Трикси. Никакой надежды на то, что Зеймар выгонит его в ближайшее время, нет.
Пожав плечами, она решила, что это не так уж и плохо.
Бард, если делает свою работу достаточно хорошо, в определенной степени свободен в выборе места проживания. Хозяин таверны с удовольствием поселит у себя человека, который будет развлекать его публику несколько раз в неделю и не попросит ничего больше. Лиира выбирала чистые, но не слишком претенциозные таверны и часто переезжала из одной в другую, вместе с адресом меняя внешность и имя. Рыженькой девушкой с веснушками она была уже довольно долго, и в большей степени из-за щедрости Зеймара, нежели посетителей таверны «Добрый час». Давно пора что-то менять, но оставаться одной сейчас опасно, а полагать, будто дроу больше не вернутся, проникнувшись духом милосердия и всепрощения — наивно.
Так что она задержалась: заходила на чай к Трикси, которая жила у Зеймара и планомерно превращала его медвежью берлогу в полуросличий пасторальный рай, болтала с Рэндалом, с завистью отмечая, что ему в этом доме достаются самые лучшие кусочки, и слушала Зеймара, когда тот, закуривая трубку сладкого табака, рассказывал о далеком и опасном Кальфире. И чувствовала себя при этом… хорошо. Как будто не нужно больше никуда бежать, как будто жизнь наконец-то стала такой, какой она хотела ее видеть с тех пор, как покинула культ Ночной Змеи.
Глава 5
Но культ не покинул ее. На следующую ночь после драки на складе она почувствовала прилив сил, как будто обернувшая кольца вокруг ее сердца Адхар увеличилась вдвое, разгоняя тьму по венам. Культ жил своей жизнью и брал новые высоты где-то совсем рядом, за закрытыми дверьми этого и многих других городов. И одно потерянное зерно не значило ничего для его роста.
Все, что она могла — это жить так, будто прошлого не существует, несмотря на то, что оно сквозило холодным ветром из всех щелей жизни — смешивало магию с кровью, просачивалось в песни.
— Так что просто пой, это жизнь и есть, — улыбаясь, выводила она и подмигивала Трикси, которая впервые за неделю поддалась на уговоры посетить выступление в таверне. — Поднимись с утра и забудь про месть!
Притопывая ногой и кружась с лютней среди танцующих людей Лиира забывала все, чего боится, пока Зеймар улыбался, сжимая зубами трубку и покачивал головой в такт…
— И не думай о том, и не думай о том, куда ты идешь!
…пока Трикси тянула Рэндала за рукав, исключительно по-дружески кивая на танцующих людей.
— Веселись и пой, пусть болит голова, это ничего, позабудь вчера!
…пока одетый по случаю в простую мужскую одежду парень неловко вставал из-за стола, чтобы попробовать что-то, чего отродясь не делал.
— Ты подумай о том, подумай о том, что Солнце взойдет!
Может она и не умела сплетать музыку с магией, но чтобы развеселить толпу пьяных людей в их единственный выходной перед неделей тяжелой работы и не нужно быть заклинательницей звука. Достаточно громко петь и задорно улыбаться. А с тем, чтобы отвадить желающих познакомиться поближе, всегда справится колдунья. Так она думала по крайней мере…