Что бы она ни спрашивала, он молчал, хотя у него точно был язык и, о боги, возможно, лучший язык в городе. Так что ей пришлось угадывать, что ему нравится, а что нет, по дыханию, по взгляду, по выражению лица, и это оказалось не просто. Все-таки она была не профессионалом, а любителем…
Когда перед рассветом парень исчез также тихо, как и появился, и Лиира запихнула шелковые веревки подальше в шкаф, она на мгновение почувствовала слабость, но списала это на жаркую ночь. Всем нужен отдых, даже тем, кто продал свои сны могущественной потусторонней вестнице апокалипсиса. Опустившись на кровать, она откинулась на спину и сладко потянулась. Следующие четыре часа она не сдвинется ни на дюйм…
А потом она уснула. Невозможно. Немыслимо. Она вымолила этот дар у госпожи десять лет назад — никогда больше не смыкать глаз, не терять связи с реальностью, не видеть своих снов, чтобы приносить Адхар чужие. И все же она видела сон о черной полноводной реке, в которой тонула, погружаясь все глубже. И водная гладь, сомкнувшись над ее головой, превращалась в чешую и ползла, медленно ползла навстречу восходящему Солнцу, а в глубине ее, опутанные тугими кольцами змеиных тел, барахтались люди, задыхаясь также, как она… Сотни. Тысячи.
Они сопротивлялись отчаянно, но недолго, для каждого нашлась пара ядовитых клыков и от укусов они покрывались чешуей черной, как ночь. Они умирали, чтобы вновь родиться слугами Адхар, пропитанными ее ядом, наделенными ее силой.
Рванувшись из плена темного сна, она свалилась с кровати и больно ударилась локтем, но боль только помогла быстрее очнуться. Распахнув глаза и панически хватая ртом воздух, она пыталась осознать увиденное и не сойти с ума от страха.
Культ!
Он снова растёт!
Он развивается, как никогда прежде! И вместе с ним растет могущество его пророка. И его детей.
— Нет, — она зажмурилась и ударилась лбом об пол, а затем еще и еще раз, — нет! Нет!
Тьма расползалась под кожей, наполняла вены, заливала глаза и она чувствовала это гораздо более явно, чем в первый раз пару дней назад…
Все неправильно, все не так! Адхар придет в конце времен, чтоб поглотить Солнце и убить надежду, а вместе с ней пожрать и человеческие страдания. Сейчас никакой не конец времен! И никакой чертов Апокалипсис не надвигается на Побережье! Почему Культ возносится⁈
Лиира сцепила зубы и взвыла от ужаса, что не случалось с ней уже лет десять.
Глава 7
Хватит. Нужно успокоиться. Успокоиться и подумать.
Собравшись с силами, она села на полу, обхватила себя руками и попыталась подавить панику. Должно быть другое объяснение. Любое.
Она уснула впервые за десять лет. Так не должно быть. В чем причина?
Может быть… Может быть госпожа просто недовольна ею и забирает свои дары? Лиира не была хорошей слугой последние годы, она думала только о том, чтобы затеряться в толпе и выжить, а не о том, чтобы принести Ночной Змее побольше кошмаров…
«Хорошие слуги! — вскинула голову она. — Клыки Адхар! Они все еще в городе и они знают больше!»
Было бы так чертовски глупо после стольких лет попасться им снова просто потому, что напридумывала себе какой-то чепухи и сама пришла. Но силы растут и это реальность, а не порождение ее панических домыслов, а значит повод для волнения действительно есть. Лиире никогда не приходилось охотиться самой — отец держал в подвале несколько человек, чтобы обучать ее. В том самом подвале, где она провела год перед тем, как сбежала. Но не все имеют столько ресурсов и связей, чтобы похищать людей и удерживать их против воли…
Нужен доступ к большому количеству спящих, достаточно беззащитных, чтобы окуривать их аконитом, усиливая ночные страхи. Что это может быть? Лечебница? Казарма? Таверна? Детский приют?
Аконит пахнет резко и сладко, его трудно не заметить, и его использование в более или менее общедоступных местах слишком рискованно.
Ответ оказался проще, чем она того ожидала. Как заставить людей вдыхать аконит по доброй воле, а затем возвращаться снова и снова?
— Опиумный притон, — выдохнула она и усмехнулась. Смеси трав из Кальфира пользовались большой популярностью на Побережье, некоторые люди отдавали за них все, что имели. Разумеется, их употребление запрещено законом, но Портовому району закон не писан и опиумных трубок там лишь немногим меньше, чем кинжалов.