Глава 8
— Ты не говоришь потому, что плохо знаешь общий или потому, что страшно картавишь? — с трудом ворочая языком, проговорила она. — Или шепелявишь?
Ответа снова не последовало, но парень вдруг остановился и резко повернул в другую сторону. Светлый круг луны, который был теперь единственным, что она видела, скрылся за крышами переулка, откуда-то донесся душераздирающий рев…
— «Воин дома Сол’Лендан к васым услугам, госпоса…» — слабо передразнила она и получила ощутимый тычок под ребра. — Ау.
Следующие несколько минут она молчала, вслушиваясь в отдаленный рев и грохот. Кто-то славно повеселился, разнося таверну? Это портовый район, тут сплошь и рядом такое. Наконец, эльф опустил ее на землю и прислонил к стене. Лиира постаралась не упасть, в голове шумело от потери крови, слабость нарастала.
— Не сердись, я пошутила, — попыталась сгладить углы она, в конце концов они все еще не в гостях у его родственников, может, не все еще потеряно. — У тебя, должно быть, чудесная улыбка, мой пес…
Он резко развернул ее за подбородок и, поморщившись, она увидела знакомый дом невдалеке — дом Зеймара. Он все это время знал, где он? И почему тогда темные эльфы не нагрянули с визитом все вместе?
Парень снова исчез и на этот раз ждать не было смысла — он ясно дал понять, что сделал все, что мог. Осторожно держась одной рукой за стену, а другой зажимая рану, она тащилась вперед на одной только силе воли, потому что сил физических давно не осталось. Перейдя, наконец, улицу она толкнула дверь и упала на пол, больно ударившись плечом.
В доме царил хаос. Нет, не так — Хаос! Все вещи были свалены горой в гостиной, кое-что упало в камин и начинало подгорать — кастрюли, тарелки, одеяла, подушки, даже маленькая полуросличья табуреточка для ног. Тьма Милосердная, зачем Трикси все это вообще? Но посреди этой кучи над телом какого-то косматого варвара сидела Трикси и, глотая слезы, прикладывала бинты к его ранам. Ох, похоже Лиире придется встать в очередь, хотя, учитывая ее состояние, она сможет в эту очередь разве что вползти.
Обернувшись на грохот, Трикси тут же крикнула:
— Вызови Рэндала!
Она что, издевается? Лиира похожа сейчас на человека, который может колдовать?
— Если ты вдруг не заметила, я истекаю кровью и едва ворочаю языком, — медленно проговорила она, лежа в дверном проеме и даже не пытаясь подползти, — я — полный ноль, Трикси… Я не смогу…
Не похоже, что это произвело на полурослицу хоть какое-то впечатление, она все еще держала окровавленные руки на груди варвара, зажимая его раны.
— Еще полчаса и дрянь, которой он наглотался, перестанет действовать и тогда…
— Трикси, я не…
— Зеймар двинет кони! — закричала Трикси и в ее голосе проскользнули истерические нотки. — Сделай что-нибудь сейчас же!
Зеймар? Лиира вгляделась в бледное лицо мужчины, глаза его ввалились, кровь заливала лицо, но в нем все еще можно было узнать хорошо одетого господина, которого она видела в опиумном притоне всего час назад. Нет, она просто отказывается понимать, что здесь происходит! Тем более, что стоит уделить внимание тому, что должно произойти, чтобы весь этот кошмар закончился. До рассвета еще часов пять, храм закрыт для посетителей, Рэндал и другие послушники, должно быть, еще спят…
— Дай мне то, что он съел, — через долгую минуту произнесла Лиира и протянула испачканную кровью руку в сторону Трикси, — у него есть еще.
Рэндал проснулся, панически хватая ртом воздух, тут же вскочил с кровати и едва успел добежать до окна, в которое его и вырвало. И пока его выворачивало наизнанку, в спину прилетело как минимум три подушки вместе с пожеланиями меньше пить или поскорее сдохнуть. Послушники и так не слишком его любили, а после того, как его рукоположили первым из всей группы, жить с ними и вовсе стало невозможно.
Он еще даже не до конца разобрался с тем, что значит быть жрецом, а отношение к нему уже изменилось. По большей части это означало, что он может пользоваться большей свободой в том, кому и когда помогать, но отвечает за свои действия теперь сам, а не с посредничеством наставника. Для послушников же это значило, что он уходит и возвращается, когда хочет, в то время, как они обязаны подчиняться рутине храма.
Ну, в их оправдание можно сказать, что просыпаться среди ночи от звуков вроде этих и правда не очень приятно.
— Простите, — кое-как отплевавшись, выдохнул он. Колени подкосились, он упал на пол, пытаясь осознать, что это было.
Если ему когда-либо и снились кошмары, то только в далеком детстве. С тех пор, как он разделил кров со служителями Камадара, он видел только светлые сны. И как бы ни было тяжело днем, ночью под сенью собственных закрытых век он всегда был в безопасности.