Сначала пещера ничем не отличалась от обыкновенных. Длинные сталактиты, вода, скапывающая с потолка. Хайнер включил фонарь и с удивлением разглядывал разрисованные странными символами стены. Неожиданно пещера закончилась, её продолжением оказался длинный каменный тоннель, который был сделан человеческими руками. Все стены были исписаны словами на непонятном языке. Хайнер внимательно осматривал все надписи, н не мог понять, что всё это значит. Вдруг Шварц встал на колени и крикнул Хайнеру, чтобы тот всё повторял за ним. Он открыл книгу и громко прокричал:
- Tu bulla! Sed nos venire in pace! Vis ad esse in mundo! Et nos contra, qui prohibet!
Через несколько секунд молчания, Шварц тихо сказал Хайнеру:
-Мы поздоровались. Теперь можно идти дальше.
-Что ты сказал?
-Я сказал, что мы не враги и что мы против того, кто мешает вернуться им в их мир.
-Interfectorem’а?
-Да. Пойдём.
Хайнер встал и медленно пошёл за Шварцем. Вдруг впереди раздались странные шорохи.
-Кто это?
-Это- она.
-Кто она?
-Если мы всё сделали правильно, сейчас увидишь.
Хайнер вздрогнул. Первый раз в жизни ему было по-настоящему страшно. Шварц опять встал на колени и громко крикнул:
- Non opus est!
Шорохи стали громче. Кто-то стоял ровно на таком расстоянии, чтобы его не было видно, ещё шаг, и его осветил бы свет фонарей. Шварц заговорил тихим голосом:
- Tu timere? Te nihil timere. Volumus, solum optimum.
Шорохи стали осторожнее. Шварц прошептал на ухо Хайнеру:
-Её зовут Esor. Громко скажи: Salve, Esor!
-Salve, Esor!
-Salve, Esor! Nomen meum est Max. Nomen eius est Kaspar. Veni!
На секунду существо приблизилось к гестаповцам, но потом тут же исчезло. Хайнер вздрогнул. Ничего безобразнее он в жизни не видел. Существо имело 4 руки и отдалённо напоминало обыкновенную женщину, её лицо было изуродовано шрамами, носа не было, рот был кривым и неровным. Кожа её больше напоминала чешую. Хайнер прижался к Шварцу и тихо прошептал:
-Что это?
-Не что, а кто. Ты же не хочешь её обидеть?
-Кто это?
-Я потом всё объясню. Пойдём. Она не подошла близко к нам, значит Хозяина- нет.
-Хозяина?
-Я потом всё объясню. Потом. Сейчас нас пропускают. Иди за мной.
Шварц встал с колен и тихо пошёл в темноту. Хайнер боялся сделать лишний шаг в сторону. Они шли долго. Криминальдиректору постоянно казалось, что на них кто-то смотрит. Он хотел спросить Шварца, есть ли здесь ещё кто-то, но боялся. Наконец тоннель закончился, и они оказались к огромном зале. В центре зала стоял алтарь, на алтаре лежал тупой клинок, который выглядел так, как будто ему было не меньше 500-а лет. Шварц поглядел на Хайнера и прошептал:
-Ты- командир. Бери. Он- твой.
Хайнер аккуратно взял нож в руки и спросил Шварца:
-Что теперь делать?
Оккультист поклонился в темноту и громко сказал:
- Gratias ago vos!
После этого он обратился к Хайнеру:
-Пойдём.
Назад офицеры добрались без происшествий. Когда тоннель закончился, Хайнер резко бросился вперёд и выскочил на улицу. После он, не обращая внимания на Шварца, пошёл в сторону деревни. Макс пытался его окликнуть, но было бесполезно. Хайнер его как будто не слышал. Молчал криминальдиректор до того, момента, как они добрались до начала деревни и не сели в машину. Там Хайнер замер и уставился на дерево, растущее в стороне, а потом спросил:
-Что это было?
-Ты про неё?
-Да.
-Существо из другого мира.
-Как… Как такое может быть?...
-Каспар, мир сложнее, чем тебе кажется.
-Почему она так выглядела?
-Как?
-Она похожа на человека…
-Понимаешь, в других мирах существо может находиться в разных состояниях. Ты можешь быть и мёртвым, и живым, и человеком и животным одновременно. Чем больше измерение, тем больше состояний может быть.
-Ну…
-Когда они попадают в наш мир, они теряют возможность находиться в разных состояниях. Их сущности сливаются в одно и получаются монстры.
-Откуда она?
-Она… Из мира Interfectorem’a. Он уничтожил её мир. Во время Большого взрыва она попала сюда. Неизвестно, сколько всего ей удалось пережить. В своём мире она могла бы быть прекрасной девушкой и уродливой старухой одновременно, а могла быть маньяком-каннибалом. Понимаешь?
Хайнер не ответил. Он молча завёл машину, и они поехали. Он молчал всю дорогу, а в самолёте уснул и проснулся уже в Штутгарте. Хайнер попрощался со Шварцем и поехал в гостиницу, на следующий день ему надо было встретиться с Оберштайном, отдать ему клинок и получить дальнейшие указания.