Внимание! Введены замещающие модули!
Направленность?:;%'
Ошибка!'.
И всё. Больше ни слова. Из понятного только имя да величина некоего уровня.
«Чёрт, я в игре?» — родилась в разуме мысль. С трудом вспомнилось, что ходили слухи про прорыв в виртуальной игротехнике. Вроде как появились модули улавливающие мозговые волны и посылающие такие же в ответ. Благодаря этому разум воспринимает эти сигналы, как поступающие извне от окружающего мира. Но чтобы такие технологии вдруг получил я? Или что-то забыл? Кстати, а кто я⁈
Но с копанием в собственной черепушке нужно было повременить. Все мои чувства кричали, что отсюда нужно убираться как можно быстрее. Ноги не ходят? На карачках! Ползком! Глаза не видят? На ощупь! На слух!
На месте столба всё сияло зеленью. Мне оставалось развернуться к самому яркому пятну спиной и ковылять вперёд изо всех доступных сил. Как только вышел из зоны действия магии старика, так самочувствие резко восстановилось. Как только ноги стали крепко держать тело, а зрение наладилось, я обернулся назад.
— И в самом деле древний город, — пробормотал я, потом оценил окружающий вид. — И джунгли, блин.
Ноги держали крепко, но вот координация была ещё так-сяк. Резко обернувшись, я зашатался, а голова закружилась.
Стоит сказать, что в руинах города будто смерч бушевал. Всё там крутилось, мелькало, поднималось и опадало. И это всё я не мог разобрать детально. Может, клубы пыли да сорванная листва, а может и деревья со стеновыми булыжниками. И всё это подкрашено зелёным свечением. Словно мощный прожектор бил с земли в небо.
Я стоял на одном месте, озирался и не знал, что делать. Так продолжалось до тех пор, пока из руин не вышла скособоченная человеческая фигура в рваном окровавленном кимоно. В первый миг решил, что это кто-то из выживших. Но потом увидел глаза и лицо неизвестного…
— Чёрт, — вырвалось у меня. Глазных белков у существа не было. Сплошная дегтярная чернота — белок, радужка, зрачок. Сквозь кожу на лице выступили бугры и желваки, превратившие человеческое лицо в уродливую харю.
Тварь двигалась ещё хуже и медленнее, чем я. Несколько раз упала, но не обратила внимания на кровавые ссадины, появившиеся после столкновения с камнями.
— Чёрт! — повторил я с уже большей экспрессией, когда за первым телом из руин и зелёной бури показалось ещё два. Такие же неповоротливые и с уродливыми лицами.
И я заторопился прочь со всей доступной скоростью. Через несколько минут в теле появилось покалывание. Такое бывает, когда затекает нога или рука от долгого пребывания в одном и неудобном положении. Минут через десять покалывания стали приносить сильную боль. Хотелось остановиться, сесть и попробовать растереть хотя бы ноги. Вдруг помогло бы? Но огромная толпа преследователей заставляла торопиться, шипеть сквозь зубы проклятья, иногда вскрикивать, когда покалывание превращалось в слабые судороги.
Примерно через полчаса неприятные ощущения ослабли. Мало того, что координация улучшилась, я стал более ловким и даже начал специально выбирать препятствия на пути, чтобы о них запинались мои уродливые фанаты.
Спустя три часа до меня дошло, что этот поединок я проиграю. В теле стала ощущаться усталость, а вот одержимые мертвецы — так я их решил называть — пёрли всё так же. А что делать, когда наступит темнота? Солнышко-то уже подозрительно быстро стало опускаться к горизонту. И если мне не изменяет память, то вот в таких широтах, где жара и джунгли, ночь наступает стремительно, не давая особо много времени вечеру.
Пришлось сменить тактику и иногда подниматься на высоты, чтобы осматриваться и искать способ отделаться от преследователей. В качестве наблюдательных вышек использовал развалины, которых встречалось полно на моём пути, холмы и пробовал забираться на деревья. К сожалению, джунгли тут были настоящими, густыми такими, непролазными. Видимость ограничивалась максимум тремя сотнями метров. А чаще и того меньше. Иногда я терял из виду толпу преследователей. Тогда радовался, что смог сбросить их с хвоста. Но не проходило и пяти минут, как сквозь заросли замечал шевеление, а затем существа появлялись на глаза.
Наконец, в наступающих сумерках увидел совсем рядом простор в стене зелени. Не раздумывая, бросился туда.
— Река, — вслух сказал я. — Отлично!
Оба берега оказались высокими, крутыми и каменистыми. До водной глади было метров шесть. Прыгнуть? Страшно. Плавать умею, но плохо. И никогда не прыгал с вышки с бассейна. Вдруг разобьюсь, а там эти нагрянут и возьмут тёпленького?