— Кажется, мы со свежей добычей, — прокомментировала произошедшее Мей. — Посмотришь, кто там был?
— Да.
Жертвой крокада стало странное создание около метра в длину, толщиной с мой бицепс, с треугольной змеиной головой, с торчащими наружу по-крокодильи зубами. Но главное, кроме плавников у тварюшки имелись лапы. Две маленьких, чуть ли не рудиментарных ближе к хвосту. И пара крепких, почти лягушачьих, только с крупными коготками сразу после жабр. Кончик хвоста Ботши наполовину отсёк голову, прикончив чудо-юдо мгновенно.
— Вот, — я продемонстрировал напарнице трофей, зацепив за жабры крюком на ноже шкуродёре. — Знаешь? Я с таким не сталкивался.
— Это руллд.
— Есть можно?
— Даже нужно. Среди них иногда встречаются даже духовные особи. Но этот вряд ли такой, мелкий слишком. Но всё равно вкусный и костей в нём почти нет. Только крупные, которые легко вытаскивать.
«Точно не такой, — мысленно согласился я с ней. — Ни капли Ци мне не перепало».
Разделку и готовку рыбины на себя взяла Мей. Я же занялся костром и оформлением спальных мест. Для этого нарубил несколько охапок веток в зарослях, подступающих к камням.
Мясо руллда оказалось белым и очень мягким, но сухим. Напомнило по вкусу щуку. Умяв полностью всю рыбину и ещё немного припасов из мешков, мы завалились на лежанки и вскоре крепко заснули, положившись на охранные качества ездового крока́да. Ночью кто-то дважды приближался к стоянке, заставляя просыпаться от шума, поднимаемого Ботшей, когда он отпугивал незваных гостей. Несмотря на побудки, нам с девушкой удалось отлично выспаться.
— Ущелье, — коротко сообщила Мей, когда мы оказались на месте.
Вход в скалах закрывала стена растительности. А сами скалы скрывались за стеной высоченных деревьев. Тут можно было пройти в пятидесяти метрах и не увидеть ничего, если не знать точного месторасположения. Метров двести проход был очень узким. Крокад едва не царапал каменные стены нами и багажом. Но потом ущелье резко расширилось. И здесь же началась наша работа. В основном трудилась Мей. Я же с Ботшей её охраняли.
Поначалу я ещё помнил о хищниках, что тут обитали и предполагаемом духовном звере. Но спустя несколько часов монотонной работы расслабился и стал всё больше следить за тем, как работала Мей. Старался запоминать растения, которые она выбирала. Как их обрезала и выкапывала, какими инструментами пользовалась.
Внезапно крокад заволновался, громко засопел, принялся слабо хлестать тонким концом хвоста по зарослям.
— Мей! — окликнул я травницу.
И в этот момент среди деревьев затрещало, а потом на Ботшу рухнула часть джунглей. Так мне показалось в первый момент из-за того, что неведомое животное в момент атаки содрало с деревьев огромный ковёр из сплетённых лиан с запутавшимися в них ветвях.
Крокада снесло метров на двадцать. Напавший на него оказался значительно меньше по габаритам, то быстрее и опаснее вооружённым. Огромный когти, как серпы блеснули обсидианом, а потом вонзились в бок Ботши. Следом в тело нашего тяжеловоза вошли огромные саблевидные клыки. Каждый был сантиметров по тридцать.
Всё это я успел заметить за пару секунд, пока бежал на выручку. На ходу активировал духовный доспех. Приблизившись к дерущимся зверям, я приметился и огрел врага водяной плетью по правой ляжке. Попал отлично! Кожа на звериной ноге разошлась, как если провести острым ножом по оболочке варёной колбасы. Также разошлась плоть, создав глубокий «рот». И только спустя несколько секунд из раны плеснула кровью.
Зверь заревел, спрыгнул с Ботши и повернулся ко мне.
Крупная лобастая башка, отдалённо походившая на голову белого медведя. Огромные саблезубые клыки. Мелкие и глубоко посаженные глаза, полные лютой злости. Короткая шерсть была покрыта мелким лесным мусор и свалявшимися катышками. Передние лапы казались длиннее задних. Или нет, не казались, а такими и были. Это стало ясно, когда он переступил на месте.
Шшурхх!
Рядом гулко ударила тетива лука и через мгновение в шею зверя вонзилась стрела. Тот молниеносно дёрнул лапой, выдирая её из раны. На удивление, рана оказалась неглубокой. Или шкура слишком толстая. Или ранг у зверя высокий. Не для Мей.
Я бросился вправо. Одновременно с началом движения вновь ударил плетью. Зверь увернулся, высоко подпрыгнув вверх, пропустив под собой струю воды, которая должна была его ослепить.
«Чёрт, ци совсем мало осталось, — скрипнул я зубами, вспомнив, что с недавних пор у меня резерв сильно уменьшился. — Нельзя промахиваться».