Нам дали передышку в час. После чего на позиции полезли демозы. Их тут было несколько сотен. И как бы странно это не звучало, но такое количество было нам на руку. всех перебить мы не могли. Выжившие твари попадали в зону действия содержимого ящичков. После того, как отрава в их организме начинала действовать, у демозов врубался почти отмерший инстинкт самосохранения, и они стремились убраться из руин. Дальше они должны идти в безопасное место. Туда, где их кормили и дрессировали. То есть, к основной стае в составе орды. Именно так должна действовать алхимическая сложная отрава, на которую сделали ставку в Чиннраге. Ради чего пожертвовали десятками жизней горожан.
Ци текла буквально рекой от убитых мной тварей. Думаю, что резерв уже перевалил за две тысячи единиц. Можно будет потратить часть для создания зерен с ядрами и повысить количество меридиан.
В какой-то момент мы с Мей остались вдвоём. Давно погибли наши товарищи. Я и девушка стояли над телом Рани и убивали, убивали, убивали. В какой-то момент демозы отхлынули от нас. Мне даже показалось, что сделали это в панике. Не успел я вздохнуть с облегчением — передышка была очень кстати — как напрягся ещё сильнее. Вместо мутантов обезьян в тридцати метрах от нас стоял… голем. Лавовый голем. рост выше двух метров. Ширина плеч за метр. Его руки заканчивались не нормальными кистями, а словно бы полуведёрными горшками с горловиной, направленной в нашу сторону. Отчетливо видел, как внутри бушует оранжево-белое пламя. Вокруг голема на глазах увядала зелень. Засыхала, начинала тлеть, а потом вспыхивала, как порох.
— Сдавайтесь! — пророкотал великан.
«Не голем? Человек? Практик? Какой у него ранг?», — пронеслись в голове табуном мысли-вопросы.
— Пошёл ты, — с трудом произнесла Мей и выстрелила из лука в противника. Тот не стал уклоняться. Ударив в его тело, стрела выбила несколько не то искр, не то капель лавы и упала ему под ноги.
— Это бесполезно, — пророкотал он и неспешно пошёл в нашу сторону.
Девушка успела выстрелить ещё дважды. Но с тем же нулевым результатом. Я принялся забрасывать перед ним дорогу бездонными лужами. Но тот с лёгкостью обходил мои ловушки. Брызги и Плеть только шипели на его броне. Большая часть воды вообще испарялась ещё до того, как долетала до неё. Мы с Мей отступали по грудам тел, поскальзывались в лужах крови, путались во внутренностях и пинали лапы умирающих демозов, которые пытались нас ухватить, когда мы проходимо рядом с ними. Уходить от чёрного практика было легко. Будучи неуязвимым в своей лавовой обёртке, он двигался очень медленно. Не кружи вокруг нас твари, то мы бы с девушкой легко ушли от него.
— Стойте или умрёте! — рявкнул он и направил на нас свои руки-горшки. Пламя в них загудело, как в мощной горелке.
— Сам сдохни, подстилка демонов! — ответила ему Мей и кинула в него луком. Последнюю стрелу она выпустила полминуты назад.
Больше от врага мы не услышали ни слова. С его рук слетели два огненных сгустка и ударили в нас. Увернуться от них не получилось ни мне, ни лучнице. Я успел увидеть, как один ударил в живот Мей за миг до того, как второй снаряд попал в меня. Ощущения, словно попал под колёса автомобиля. Доспех духа погасил большую часть смертоносной энергии, но до конца не спас. Прокатившись по земле, я со всего маха ударился головой о древний булыжник, выпавший когда-то из стены. Вместе с вылетевшими из глаз искрами, меня покинуло сознание.
Глава 19
ГЛАВА 19
— Вставай, падаль, — донеслось до моих ушей. А следом прилетел чувствительный удар по рёбрам.
— Аккуратнее с ним. Он должен быть живым, А лнэс, — раздался новый голос рядом. — А ты его уже минуту лупишь.
— Да что с ним случится? — ответил ему первый, кого я услышал.
— Сломаешь ему рёбра и вгонишь в лёгкие, он захлебнётся кровью. И всё, некого хозяевам в дар приносить. Ну, если только тебя за такой проступок.
— … … — в ответ первый разразился громкой и грязной бранью. При этом прислушался к чужим советам и очередной пинок нанёс не моим многострадальным бокам, а в бедро. Попал в какую-то уж очень болезненную точку, отчего меня всего будто электричеством прострелило. Из меня невольно вырвался стон, а тело дёрнулось. — Ага, падаль, очнулся. Встал на ноги, пока я тебе не отрезал что-то ненужное!