Сам я тоже побрезговал полупсиной. После вчерашнего ужина вкусной дичью есть мясо хищника претило. По-быстрому перекусил вяленым мясом, орехами, сухофруктами, запил трапезу водой и потрусил дальше, держась в паре сотен метров от тропы. Так, на всякий случай. После горячей встречи на мосту я решил, как говорится, дуть на воду.
Где-то в полдень увидел кое-что интересное далеко в стороне. Решил взглянуть поближе и свернул с маршрута. Спустя полчаса дошёл до остатков древнего маленького города или храмового комплекса. Сейчас от зданий и защитных стен ничего не осталось. Только невысокие валы, поросшие жидко травой, в которых сквозь тонкий слой почвы проглядывали отёсанные камни и грязно-рыжие кирпичи. Привлекли же меня несколько статуй размерами в полтора человеческих роста, изображающие обнажённых мужчин и женщин. Мастер выполнил их с невероятной дотошностью, снабдив всеми возможными нюансами. Они стояли как живые. Даже Микеланджело не сумел бы сделать лучше.
Я решил к ним приблизиться и резко замер, когда из-под камней полезли сотни, если не тысячи змей. Многие остановились, встали торчком, как это делают кобры и дружно зашипели, прочие продолжили стремительно сокращать между нами расстояние. Пришлось срочно ретироваться. Судя по треугольным головам пресмыкающихся всё кубло состояло из ядовитых гадин, а не каких-то безобидных полозов. Сразу стало понятно отчего такие красивые статуи никто не упёр в свои дворцы. Змеи не дали. Уверен, что среди ползучих гадов имеется не одна с небесным рангом. Их яд способен сразить даже такого практика как я. А уж «смертных» и подавно.
До вечера я отшагал несколько десятков километров без неприятных встреч и проблем. Ещё успевал взбираться на холмы и осматривать местность с их вершин, чтобы вовремя заметить возможную опасность. Не хватало бинокля или на худой конец старинной подзорной трубы. В Чиннраге подобные вещи продавались, но стоили они дорого. Да и в густых джунглях польза от подзорных труб была сомнительна, потому не стал приобретать.
На ночь остановился в очередных руинах на склоне каменистого холма. Здесь всё было завалено огромными отесанными блоками и небольшими плитами из прочного камня тёмно-стального цвета со светлыми тонкими прожилками. Похожий минерал я как-то видел в карьере, откуда поставляли базальтовый щебень для строительства. Понять, что тут раньше было, например, поселок, сторожевая застава или храм было невозможно. Может и вовсе я наткнулся на какой-нибудь склад или перевалочную базу, где хранился строительный материал, расходящийся из каменоломен по стране.
На ночь устроился под большой плитой, одним краем лежащей на земле, а второй на длинном и узком блоке. Не поленился и натаскал мелких обломков, чтобы закрыть проходы, оставив только узкий лаз. Да и тот потом запечатал, полностью перекрыв доступ к своей особо ценной тушке. Есть пришлось вновь всухомятку. За весь день на пути не попалось ни единой мало-мальски съедобной дичи. Только мелкие птицы, ящерицы и зверьки чуть крупнее хомяка. Пришлось бы как следует повозиться, чтобы набить нужное количество добычи, освежевать и приготовить. Прикинув затраты времени и сил на всё это, я решил, что овчинка выделки не стоит.
Не успел я задремать, как был разбужен множеством звуков, от которых уже успел отвыкнуть и которые заставили встать дыбом волосы от неприятных воспоминаний.Рядом скрипели тележные оси, бухали деревянные колёса по камням, скрипела кожаная, деревянная и металлическая упряжь. В это вплеталось фырканье животных, удары хвостов в попытках отогнать насекомых, переговоры людей, короткие ругательства и окрики в адрес тягловой скотины, позвякивание оружия. Чуть позже появились запахи. Убежать я не успел. Звуки, казалось, приближались со всех сторон. Запросто мог в потёмках наткнуться на кого-то из неизвестных с непредсказуемыми последствиями. Даже союзник в такой ситуации сначала ударит по неизвестному, выскочившему из темноты, а потом будет разбираться, кто это был.
«Да и стоит ли убегать? — вдруг подумалось мне. — Может, это один из караванов, которые натоптали стёжку? Сейчас присмотрюсь к ним и решу, как дальше поступить».
Увы, это был не караван. Точнее, караван, да не тот. Через несколько минут я рассмотрел несколько знакомых фургонов-клеток на огромных в рост человека дощатых колёсах. Они были набиты обнажёнными людьми. Мужчины и женщины стояли в полный рост, тесно прижимаясь друг к другу из-за тесноты. Если кто-то из них терял сознание, то всё равно оставался на ногах, зажатый между товарищами по несчастью.