Она обернулась на знакомый голос. Он стоял в ее дверях, криво усмехаясь, и, как всегда, выглядел с иголочки.
— Я выхожу из образа, — она усмехнулась и произнесла плоскую актерскую фразу.
— И уже сняла грудь?
Его глупая шуточка вывела ее из себя. Она рывком вскочила из-за зеркала и воскликнула:
— Знаешь, что?! Пошел к черту! И подавись своими деньгами! Мне они не нужны! Вместе с тобой, старая сволочь! Пошел к… вон! Не нравится моя грудь — не смотри!
Он засмеялся и как-то не обидно. Очевидно, ему нравилось, когда она так сердится.
— Детка, честное слово, я виноват. Извини. Я сморозил глупость. Ты даже сейчас очень красивая. Просто я ляпнул, не подумав. Ну правда извини. Не сердись, что я исчез. Я срочно должен был уехать по важным делам и просто не мог тебе позвонить!..
— Можешь вообще мне не звонить! Пошел к черту!
Он обнял ее и необычно ласково прижал к себе.
— Не сердись. Все нормально? Ничего не случилось?
— Я устала. От тебя, — выдохнула она.
— А я вот очень соскучился по тебе.
— Что-то незаметно.
— Извини. Я знаю.
Он вытащил из кармана небольшую коробочку:
— Вот, держи.
Ри насторожилась:
— Это еще что такое?
— Серьги. Тебе понравятся.
Ей не понравилось. Ей никогда это не нравилось. Она не любила и не понимала драгоценностей. В них для нее не было никакого смысла — ну чем отличаются от дешевой бижутерии? Какая разница, что носить? И продать нельзя — Масловский, она потом это поняла, за этим следил и не разрешал.
— Детка, я приехал за тобой. Собирайся. И отпросись у менеджера. Сегодня ты выступать больше не будешь, — приказал Масловский.
— Я потеряю работу.
— Пойдешь в другой клуб. Сегодня ты едешь со мной, — его слова были похожи на камни. Он их просто бросал.
— Куда мы поедем?
— Посмотришь, где я живу. Ты ведь не была у меня ни разу. Кроме того, я хочу кое о чем тебя попросить.
Ри оделась, как-то навела глаза и губы и через полчаса уже сидела в его роскошном джипе, вглядываясь в непроглядную ночную темноту. Все происходящее казалось ей странным — прежде всего Масловский был необычайно с нею нежен. И всю дорогу к нему ласково гладил ее колени.
Евгений жил в современном, недавно построенном доме в шикарном районе, с подземным паркингом и охраной. Несмотря на поздний час, во многих окнах горел свет. Он оставил машину на улице перед подъездом. Поймав недоуменный взгляд Ри, объяснил:
— Я отвезу тебя домой. Потом…
— А если машину угонят?
— Ну и что? Куплю другую! — засмеялся.
Поднявшись в бесшумном лифте, миновав просторный холл, они остановились перед бронированной дверью.
— Ну вот, попала в святая святых, — усмехнулся Масловский, — здесь я живу.
У него была роскошная квартира, обставленная дорогой современной мебелью. Он провел ее в большую гостиную.
— Садись и подожди. Я сейчас. Можешь налить себе выпить.
Оставшись в одиночестве, Ри принялась осматриваться по сторонам. В комнате не было видно следов присутствия других женщин. Однако везде царила идеальная чистота. Домработница? Она подошла к бару, находящемуся у правой стены. Бокалы были идеально вымыты, в ведерке — свежий лед, как будто его только что положили. Везде — порядок и чистота. Словно он ее ждал. Или не ее, а просто кого-то?
Евгений не появлялся. Ри налила себе немного белого вина. Стены были оббиты какой-то светлой материей. Разглядывая их, она обратила внимание на противоположную стену. Там немного неровно висела одна из картин. Казалось, ее повесили неаккуратно, на наспех забитый в стене гвоздь. Да и в шикарной, явно просчитанной по сантиметрам обстановке совершенно не смотрелась эта дешевая литография. Какая-то картинка, вырезанная из журнала… Бред! Кто повесил это уродство на стену? Ри задумалась над этим и не заметила, что кто-то вошел в комнату.
Вздрогнув от неожиданности, она обернулась. В дверях стоял красивый черноволосый парень явно восточной наружности. Она видела его впервые в своей жизни. Парень улыбнулся и произнес одно слово:
— Привет.
Ри молчала, не зная, нужно ли ответить.
— Значит, сегодня это будешь ты? — вдруг заговорил парень и продолжил. — Может, мы познакомимся поближе перед съемкой? Нам же надо хорошо выглядеть? Что ты все время молчишь? Не хочешь знакомиться? Ну и не надо, подумаешь. — Похоже, ответа он и не ждал. Во всяком случае, все продолжал и продолжал говорить. — Меня, например, зовут Аслан. А как тебя? А, помню. Тебя, кажется, зовут Рита. Босс говорил. Что ты так на меня смотришь? Ты что, никогда меня не видела? Быть того не может! Я часто снимаюсь!