Когда Али достал маленькую пластмассовую коробочку, какое-то нехорошее предчувствие кольнуло Сергеева прямо в грудь. Он уже знал, что там увидит, еще до того, как тот ее открыл.
Али тем временем достал из коробки маленький шприц-пистолет с ампулой, заполненной жидкостью ядовито-синего цвета. Она была полной.
— Что это? — Юрий машинально отступил на шаг назад.
— То, что поможет тебе раскрыть свою силу! — воскликнул Али. — Ты даже не представляешь себе, как станешь себя ощущать! В тебя вольется поток такой силы, по сравнению с которой…
— Я спросил: что это? — перебил Сергеев, в его голосе прозвучал лед.
— «Синее небо», — улыбнулся Али. — Этот препарат принимают все спортсмены, участвующие в серьезных боях. Это своеобразный допинг, созданный на основе витаминов, о которых ты даже не слышал… Он увеличивает силу, выносливость, позволяет достичь необыкновенных результатов!..
И тут Юрий все понял. Перед глазами, как кадры на замедленной пленке, начали мелькать эпизоды, уже им виденные… Синее лицо Качалова… Покойный спортсмен из «Пути тигра», летающий под потолком… И, самое главное — шприц, который лежит у него дома, в шкафу. Все смешалось, как в калейдоскопе… Но главное — он увидел глаза тренера…
— Убери от меня эту гадость! — вскинулся Сергеев. — Немедленно!
— Ты что?! — удивленно отступил Али.
— Убери, слышишь, или я тебя ударю! И больше никогда мне это не предлагай!
— Что с тобой?! Я же пытаюсь помочь! Я хотел просто улучшить твой результат!
— Моя сила — во мне, в моей крови! Моя сила рождена не тобой, не какой-то химической дрянью! Убери это немедленно и, если хочешь сохранить со мной хорошие отношения, никогда больше не предлагай мне эту гадость! — Сергеев уже не мог себя сдерживать.
На лице Али отразилось недоумение, но, тем не менее, он спрятал наркотик. Юрий понял, что они разговаривают на разных языках. И что бы он ни пытался объяснить, Али его никогда не поймет. И тогда он полностью осознал: тренера, понимающего его тренера больше нет. И с этим надо жить.
Когда Сергеев вышел, а точнее, выполз с тренировки, он чувствовал такую тяжесть, словно перед этим двигал камни весом в тонну — так отчаянно колотилось его сердце.
16
С трудом поднявшись с кровати, Масловский подошел к окну.
— Не лезь в это! То, о чем ты хочешь узнать — смерть.
— Чья? — Ри все еще не верила, что он говорит серьезно. Это был редкий момент его откровенности, и она не собиралась упускать этого.
— Моя. И твоя тоже. И еще многих людей. Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось…
— Что такое кумите?
— Это поединок со своим страхом. Битва с собой и со своим страхом смерти. Это означает стать одному против всего мира, бросив вызов смерти. Это даже страшнее, чем смерть…
— Расскажи более подробно. Пожалуйста. — Ри продолжала смотреть на спину Масловского — он так и не повернулся. Помолчав, он заговорил, не оборачиваясь, обращаясь как бы не к девушке, а к самому себе:
— На окраине города есть дача. Вернее, это поместье, а не дача. Площадь составляет несколько гектаров. Это настоящий парк. Внешне все выглядит очень даже красиво, но уже на подъездах установлены усиленные системы охраны. И перекрыты, вернее, закрыты все дороги, которые ведут туда. Так что туда никто не может пройти. Проходят внутрь только избранные — да и то там усиленный, жесточайший отбор. И в десять раз жестче производится отбор присутствующих, когда там происходит кумите. Чтобы попасть туда, надо очень много заплатить. Гораздо больше, чем на обыкновенные соревнования кумите. Почему? Ты узнаешь. — Он снова ненадолго замолчал. Потом заговорил. — В глубине парка есть огороженная площадка, которую отделяют стены из железобетона. По верху стен протянута колючая проволока, через которую проведен электрический ток. В середине площадки вырыта огромная яма метра полтора-два глубиной и около пяти в диаметре. Яма с утрамбованной землей. Все стены этой ямы пропитаны кровью. А кое-где смешивается кровь и белый, а высохший, он серый или желтый, человеческий мозг. В яму бросают двух бойцов, на которых только набедренные повязки. Подбирают их специально так, чтобы один был намного сильнее другого. Один — победитель, другой — мясо. Из ямы нет выхода наверх. И они дерутся там, в яме, вдвоем, словно дикие звери. Словно бешеные твари, в которых ничего человеческого уже нет. Ничего человеческого, — повторил раздельно. — И один обязательно должен убить другого. Бой идет на смерть. И у жертвы не остается ни одной целой кости. Земля очень хорошо впитывает человеческую кровь. Все приходят смотреть ради смерти. И ставят деньги. Очень много денег. Крупные выигрыши составляют миллионы. Эта разновидность боя так и называется: «кумите в яме». Оно более дорогостоящее и редкое, чем обыкновенное кумите. Билеты на это зрелище стоят от пяти до десяти тысяч долларов. Но несмотря на такие деньги, от желающих попасть туда нет отбоя. Все это — чистая правда. То, что кроме меня, тебе никто не расскажет. — Масловский наконец повернулся и взглянул на Ри.