…«Синее небо» обладает очень интересными свойствами, а потому бойцы, принявшие этот наркотик перед боем, выглядят очень эффектно. На самом деле это не обычный наркотик — это, скорее, допинг для боевых поединков, который вкалывается шприцем-пистолетом прямо в бицепсы или трицепсы. «Синее небо» действует мгновенно, меняя внешность человека. Мышцы его разбухают на глазах, он становится похож на культуриста. Волосы — как под электрическим током, приподнимаются. Лицо приобретает синий оттенок, а лицевые мышцы сводит судорогой, отчего выражение становится угрожающим, зверским. Глаза темнеют, ярко блестят. Выходит на сцену такое чудовище, и… словом, зрители в восторге! Спортсмену под действием наркотика очень легко внушить, что удары приобретают огромную силу, а тело его двигается с повышенной скоростью. На самом деле это не так. Единственный эффект, который дает «синее небо», — оно повышает выносливость, так как тело теряет чувствительность к боли, и спортсмен легко выдерживает самые тяжелые удары.
Конечно, от смерти это его не спасает. У «синего неба» есть и побочный эффект, о котором, как правило, бойцов никто не предупреждает. Эффект заключается в том, что наркотик поражает определенные клетки головного мозга. Если говорить проще, то человек начинает хуже соображать, тупеет просто на глазах. Причем клетки поражаются навсегда, умственные способности уже не восстанавливаются. Таким «пораженным» бойцом очень легко управлять, он внушаем и делает все, что ему говорят. Словом, человек автоматически превращается в дебила, и чем дольше он употребляет «синее небо», тем большим дебилом становится, если можно так выразиться. Как правило, наркотиком пользуются только перед боем. Могу честно сказать тебе, что побочные свойства такого допинга, принятого перед самим боем, ведут к смерти. Ведь наркотик начинает действовать мгновенно… Чемпиона кумите, дорогостоящую звезду даже близко не подпускают к «синему небу».
Впрочем, каждый спортсмен проходит вначале определенную проверку, так сказать, «на вшивость». Ему предлагают наркотик и внимательно смотрят, как он поступит. Если он категорически отказывается, у него есть все шансы стать новой звездой, потому что отказы — большая редкость. На эксперимент соглашаются почти все, не зная, что этим и подписывают себе смертный приговор. Из чего делают наркотик, я толком не знаю, но есть один интересный момент. Сам препарат — сплошная химия, но я слышал, что в его состав добавляют очень редкие клетки растительного происхождения, что-то настолько дорогое и редкое, что добыть это вещество стоит огромного труда. Я не знаю, что это такое»…
К концу рассказа Масловского Ри уже точно знала, какого рода бизнес он отобрал у триад. Да, за этот бизнес действительно стоило побороться! Только если для китайцев это был бизнес, то для Масловского — смысл и стиль жизни. Проклятие из шести букв — кумите.
К вечеру он снова появился у нее, но в этот раз был совершенно другим. Словно другой человек, не тот, который откровенничал с ней.
— Что-то случилось?
— Не строй из себя идиотку!
— Да, помню. Что-то с твоим спортсменом. Ты говорил. Кажется, автомобильная катастрофа.
— Это не автомобильная катастрофа!
— А что?
— Катастрофа всей моей жизни!
— Правда? По тебе не скажешь! У тебя совершенно нормальный вид.
— Прекрати идиотничать! У меня такие неприятности!
— Ладно, молчу. Расскажи хоть, что случилось. Кто погиб?
— Мой спортсмен. Сегодня ночью. За городом. Ехал на своей машине. Не справился с управлением и свалился в обрыв.
— Он был способный? Подавал большие надежды?
— Да нет! Даже не был лучшим! И ни одни соревнования не выиграл! Я его держал только потому, что за тренировки он вовремя и хорошо платил. Богатый был мальчик, из очень обеспеченной семьи. У меня теперь в клубе осталась одна надежда! Один-единственный чемпион! Буду на него молиться! Если с ним что-то случится — надо закрывать клуб! Юра Сергеев — очень перспективный мальчик! Просто прелесть! Настоящий талант! Не переживу, если с ним что-то случится!
— А почему с ним должно что-то случиться?
— Жизнь — такая отвратительная штука! Столько случайностей! Как вот с этим…
— Не надо думать о плохом.
Когда Масловский наконец ушел, у Ри осталось очень тяжелое чувство. Усмехаясь, она держала в руках самые драгоценные сокровища своего тайника. Газетные вырезки и кассеты от диктофона — на одну из них был записан рассказ хозяина бара на Марсельской, который она собиралась заново прослушать сейчас. Ее даже не мучило чувство вины за то, что она собиралась шантажировать человека, который был так с ней откровенен. Так уж была устроена жизнь.